По зову Илиады. Поэма в прозе

И пусть не любим он ею был,

И вдвойне не люб сейчас,

Никак не угаснет его пыл,

Даже когда нить оборвалась.

В нём кипела кровь,

И два лика он мог отразить:

На одном цветёт любовь,

Другой яростной местью грозит.

Глаза Агамемнона алчностью искрились,

И жадность подлая его звала.

И два брата договорились,

Сделка была такова:

Золото за Троянскими стенами,

Всё себе он забирает,

А предательница Елена

Достанется Менелаю.

Чтоб локти не кусать,

В бой рвались два брата,

Но спущенные паруса

Были штилем объяты.

Агамемнон обратился к Калхасу,

И прорицатель увидел ужасное,

Промолвив такие фразы:

«Над нами Боги властны!

Это Артемида, богиня охоты,

И покровительница зверей,

Причина в гавани стоявшего флота,

Что утопает во мраке теней.

Она разгневана тем,

Что ты убил её священную лань,

Ты должен пожертвовать всем,

Чтоб разгладить небесную ткань.

Чтоб штиль моря покинул

И вновь ветра запели,

Ты должен умилостивить богиню,

Принеся в жертву дочь Ифигению.

Ошеломлённый Агамемнон,

Уступил требованиям войска;

Царь у свирепства был пленным

И самого себя он был в поиске.

Отступать значит сдаться,

А это жалкая трусость,

Но больно в глаза горю улыбаться,

Осознавая масштабную глупость.

Его изнутри разрывает

Любовь к единственной дочке,

Душа истерично рыдает,

Из бутона не появиться цветочку.

Солнце светит тьмою,

Им невозможно согреться,

Облик оживает за пеленою

Мимолётным детством.

Молитвами было вымолено

Долгожданное её рождение,

Перед выбором красивого имени

Душа предвкушено пала на колени.

Пробудила дремлющая память

То, о чем счастье может плакать.

Он в омуте восторга плавал,

Когда впервые назвала его папой.

Тогда тонкий голосок пронзил

Его бесчувственно-каменное сердце,

И он совсем по-иному зажил,

Для отцовской любви найдя место.

За каждую её счастливую улыбку

Он хвалу Олимпу восклицал,

Таяли в душе его льдинки,

Когда лик её милейший созерцал.

Сверкая молниеносными бликами,

Книгой листались былые года,

Сердце разрывало ужасными криками,

И солью поглощалась вода.

Безвыходность терзает изнутри,

В глаза смотрит любящая дочка;

За спиной ждут ветра корабли,

И где-то нужно ставить точку.

Войска рвутся в кровавый бой

И жаждут Агамемнона решений.

Распорядившийся судьбой,

Он тишину создал в мгновение.