По зову Илиады. Поэма в прозе

Буквы цветами распускались,

Когда выводилось её имя,

И ноты на крыльях к небу поднимались,

Поднебесье украшено было ими.

Локоны её благоухающих волос —

Словно переплёт солнечных лучей.

Восторг, объятый восхищением, превознёс

Бриз, в лагуне отражая танец свечей.

О её прекраснейшем лике

Слагали стихи и баллады,

Раздавались влюблённых душ крики,

О ней мечты звались усладой.

Её эротично манящая фигура

Описанию не поддаётся словам

Не в силах выразить и Амуру

То, что было на зависть Богам.

Но красивые снежинки

Обычно в грязи тают,

И, сдерживая слезинки,

Она вышла замуж за Менелая.

Он был царём Спарты

И прославленным воином,

Но жизнь тогда тасовала карты,

И козырь доставался достойным.

Зависть богини Афродиты

К прекрасной земной Елене

Была волной о скалы разбита,

Ведь она не рождена из морской пены.

Лишь богиня может быть совершенством,

И не должно быть её лика прелестней,

Но Афродиту терзала и ревность —

Она к Елене ревновала Гефеста,

И месть свою устроила так:

Менелай уехал в военный поход,

А в Спарту прибыл прежний враг,

Чтоб миром над ними сиял небосвод.

Гостями были два царевича

Из великой и могучей Трои,

Один сказал: «Воевать нам незачем!

И так уже пролили много крови!»

Это произнёс Гектор могучий,

Старший сын царя Приама.

Он боям на мечах и словах был обучен,

И всегда говорил прямо.

Он – лучший воин Трои,

Но в душе его звучала лира;

Не тот герой, кто в крови чужой тонет,

А тот, кто силён и желает мира.

Предложение всем по нраву,

И началось пиршество и веселье.

За столом Елена, жена Менелая,

От влюблённых глаз была в смущении.

Младший царевич Парис

Не мог свой взор отвлечь,

Душа его ринулась ввысь,

А плоть потеряла дар речи.

Он слышал те баллады

О её божественной красоте,

Но никогда ещё от взгляда

Он не был на такой высоте.

Она – вершина вдохновения,

Откуда гипноз совершенства виден,

В памяти неистребимое мгновение,

Её лик источал флюиды.

Удары его плененного сердца

До кипения разгоняли кровь,

Он не мог насмотреться

На, ту чьё имя – любовь.

В её поведении и лике

Зеркально взаимность отразилась;

Под шумные пляски и крики

Парис и Елена уединились.

Их влюблённые взгляды

Друг в друге тонули,

Они небесное блаженство познали,

Предвкушая пряность поцелуев.