Во власти проклятого короля

Ее можно было назвать красавицей, не напоминай она в этот момент маленького нахохленного птенца, спрятавшего руки в карманы платья.

Закончив скрипеть пером, Его Величество поднялся и медленно приблизился к новой воспитаннице. Она вскинула на него свой взгляд. И какие только бесята там не плясали. Возмущение почти выплескивалось наружу. Но молчит, сдерживается. Уже хорошо.

– Итак, барышня. Как же все-таки нам вас называть? – спокойным ровным тоном спросил король.

– Можно Аленой, – она не решилась придумывать себе другое имя.

– Необычное имя. Почему именно так?

– Вертится в голове.

– Может быть, в вашей головке еще что-нибудь вертится?

– Смотря, что вы имеете в виду.

– Ну, например, название обители, которую вы покинули? Имя старшей служительницы? Святилище обители?

– Нет, не помню, – Алена сжалась, она даже не понимала, о чем ее спрашивает этот «инквизитор».

– Встречу с моим братом королевичем Радором помните?

Такое разве забудешь.

– Да, очень хорошо помню, как он натягивал штаны и ругался.

– Вот это то, о чем вам следует забыть навсегда. Выкинуть из своей очаровательной головки увиденное в тот день, особенно обстоятельства встречи их королевских высочеств. Сможете?

– Уже забыла, – а что ей от воспоминаний ни горячо, ни холодно.

– В таком случае мы с вами сможем договориться. Вторым условием вашего нахождения в институте будет беспрекословное соблюдение дисциплины и усердие в учебе. При соблюдении обоих условий я лично беру заботу о вашем будущем.

– Репутация вашего брата того стоит? – Алена искренне удивилась, хотя от слов «воспитания» и «жены» неприятно заскребло внутри.

– У моего брата нет репутации. Того стоит мир между нашими государствами. Кровопролитная война станет неизбежной, откройся правда отцу обманутой королевны или ее будущему мужу: тому несчастному, кто выиграл на ристалище этот подгнивший приз.

– Еще один момент, Ваше Величество. События того дня известны не мне одной, но также и сударю Грэну.

– О нем можете не беспокоится, Грэну я доверяю больше, чем королевичу.

Алена подумывала было отказаться от королевской заботы, но оказаться одной на улице незнакомого города, да что там города – целого мира, никакой безумной отваги не хватит. Пообживется, поосмотрится, а там и будет решать, насколько стоит быть самостоятельной.