Низкая походка 3

Находился он по правую руку от места хранителя врат, удобно при работе. Со стороны клиентов его не видно, но сейчас мой железный враг смотрел на меня и бросал вызов. При том наглый. Ему на меня всё равно, а я из него нервничаю. Пока я разглаживал грубую нить из шерсти овец, я от наплыва эмоций даже потянул её. Даже странно что совершенно не говорящий предмет может так бесить. Хотя подобное мне не в новинку. Когда я только начинал учиться взламывать замки, чувствовал к маленьким механизмам то же самое. Что лишний раз давало мне повод ненавидеть данный кусок железа.

Пару раз вздохнув для храбрости, а так же для лишней безопасности моей важной персоны, я быстренько перепрыгнул каморку на другую сторону, замотал узелок на рычаг так, как нужно было по моим скромным прикидкам и даже чуть сильнее, после чего перекинул через окошко для бумаг остальную часть моего длинного помощника. Пока я всё делал, отовсюду начали появляться странные шумы. Не близкие, но и не далекие. Кажется, так сердце орёт от чувства опасности.

Или от азарта. Расправившись с приготовлением, я снова убедился что в зале никого нет и немедля поторопился к его входу.

Я взялся за ручку двери, когда с противоположной стороны резко открылась последняя комната и оттуда вышел стражник. Меня он не заметил – я полетел обратно в каморку, сам удивляясь своим качествам парения в воздухе. Если судить по шагам, то он явно куда -то торопился. Я лишь пару мгновений снова прикидывался мусором, как он пробежал обратно в зал, чтобы затеряться за поворотом к выходу наверх.

Его шаги ещё были слышны, а я уже пробежал через обе двери к "вратам". Я торопился. Потому что мне стало совсем неуютно от мысли, что было бы если он сейчас решил дернуть за рычаг. На ней ведь нитка по уставу не положенная. Не хотелось бы во время ревизии труп оставлять.

И вот, я, наглый гоблин, пробегаю по залу ближе к "вратам", попутно разматывая свою нитку спасения. Чтобы створки четырех дверей сделали оборот, необходимо дернуть ручку и толкнуть дверь. Я продолжал приближаться к своей цели не отрываясь от процесса, уже предчувствуя подлянку.

Хотя чувствовать было не обязательно – всё перед глазами. Надежда умирает последней и когда моя издохла, то я пожелал чтобы она вовсе не жила.

Длины нитки мне не хватило всего на треть пути. Всё остальное – грустная пустота без спасительной линии моей путеводной звезды пред лицом ужасающего изделия банка.

Я натянул нитку на максимум. Выиграл один шаг. Чуть потянулся к двери.