Продавец души

Я все еще стоял как вкопанный, прижимая подушкой своего дружка, и не нашел нечего лучшего, как спросить:

– А обычно ты как выглядишь? Как в книжках, с рожками и ножками? – как я представил это и то, что я только что с каким-то чудищем занимался сексом, меня передернуло, да так сильно, что дьяволица заметила.

– Что дергаешься?! Все книжки – вранье, увидев меня в моем обличье, ты бы сказал: «чертовски красива», поверь мне! Жаль, в этом мире я не могу материализоваться в собственной оболочке, а только использовать тела людей для общения и дел.

– Надеюсь, так, – я успокоился, а моя рассудительная часть все еще отказывалась верить, что это действительно происходит со мной. Однако это было так, это происходило со мной, и это был не сон!

Дьяволица зазывно опустила руку к интимному месту Ксении и стала ласкать себя пальцами.

– Хочешь еще потрахаться? Разрешу без презерватива, как хотел. Она не больна, ты тоже. Затычка от детей стоит. Мне понравилось, я бы продолжила, или приступим к делу?

– Лучше к делу.

– Эх, нужно было еще притворяться, – вздохнула дьяволица.

Она все еще восседала нагишом, сверкая грудями, и через расставленные ножки виднелись все прелести Ксении. Я же наконец-то нашел свои «семейки» и, отбросив подушку, судорожно натянул их.

– А как мне называть тебя?

– Имен много у меня.

Руки продолжали трястись то ли от испуга, то ли от возбуждения, а возможно, сработали оба фактора. Кое-как откопав листок с договором, который я второпях перед встречей с Ксенией зашвырнул в шкаф, трясущимися, как у алкоголика, руками протянул его дьяволице.

– Ну, так не пойдет, – ознакомившись, заявила она. – И как ты представляешь, как я передам тебе эти деньги?

Грозный, жесткий взгляд уставился на меня. Я все еще находился в ступоре и откровенно тормозил.

– Не знаю, как можешь, так и передай, – неуверенно пробормотал я.

– Чтобы их передать, их нужно где-то взять, отнять, ограбить. Я не могу добавлять материальные вещи в ваш обиход. Так не делается. Ты можешь попросить талант, который принесет тебе деньги или славу, или что-то другое.

– А что другое? – оживился я, мысль вернуть жену и сына вдруг возникла в моей голове.

Астара задумчиво потянулась к мочке правого уха.