Огненные стрелы надежды

После случившегося он с большим удовольствием предпочитал слушать чужие советы, чем самому принимать решения.

Оставив свою лошадь доброму деду, он побежал за другом, силуэт которого уже почти растворился в темноте.

– Афоня, остановись! – выпалил Семён, догнав друга и схватив его за руку.

– Оставь меня, – огрызнулся тот, высвобождая руку.

– Да успокойся ты! Нашёл из-за чего расстраиваться, идём, переночуем спокойно у деда, а утром что-нибудь придумаем.

– Ты что, сдурел?! – возмутился Афанасий. – Я лучше всю ночь буду идти пешком, чем ночевать под чужой крышей.

Я не привык быть чьим-то должником.

– Где ты только нахватался такой чуши? – почти в отчаянии воскликнул Семён. – Люди от чистого сердца хотят нам помочь, не требуя взамен ничего, а он, видите ли, гордость свою показывает. Кому она нужна, твоя гордость? Тем более, здесь!

– Оставь меня, – повторил Афанасий и прибавил шагу.

– Ну, возьми хотя бы мою лошадь, – предложил Семён, разведя руками.

– А как же ты? Останешься ночевать, несмотря ни на что?

– Я всё равно останусь.

Путь неблизкий и темень кругом беспросветная.

– Как хочешь, – мрачно проронил Афанасий. – Я заберу твоего жеребца.

Он резко повернулся кругом и зашагал обратно в деревню. Никакие уговоры и убеждения со стороны Семёна не возымели успеха. Афанасий был неумолим. В его жилах со всей очевидностью бурлила строптивая и непокорная кровь аристократа.

Спустя четверть часа благородный юноша, восседая на огненно-рыжем скакуне, размеренно удалялся прочь от неприглядного селения.

Приблизительно запомнив местность, Афанасий рассчитывал завтра утром вернуться за другом с новой лошадью.

Расчёты услужливого старца не оправдались. Продвигаясь умеренной рысью, Афоня добрался домой задолго до рассвета, за каких-то два часа.

Немного прикорнув на сеновале возле конюшни, он проснулся с первыми петухами и отправился в обратный путь.

Солнце давно перевалило за полдень, а нужная деревня никак не показывалась. Парня начинали одолевать сомнения в правильности выбранного направления, но спросить об этом он не мог: на пути ему не встретилась ни одна живая душа.

Только ближе к вечеру он прибыл в знакомое селение. И хотя парень никак не мог сопоставить соразмерность времени, затраченного на обратный путь, всё же факт оставался фактом: деревня была именно та, которую он искал.

Без труда отыскав нужный двор, Афанасий решительно постучал в калитку. Вокруг по-прежнему царила настораживающая тишина.