Мой босс – демон

Выслушивать незаслуженные обвинения и краснеть при этом как первоклассник – откуда же тут возьмется нормальный вид? Оставалось надеяться, что новый босс не станет возвращаться к разговору и попросту забудет о ее существовании.

Она вошла в вип-комнату и остолбенела.

Гордеева уже не было, зато девица, которую он назвал сестрой сидела в окружении двух полуобнаженных атлетов и томно щурилась на горящие свечи. Один из парней массировал ее ступни, второй же водил по приоткрытым губам сочной клубничкой. При всем при этом красавцы бросали друг на друга совершенно недвусмысленные взгляды.

– Поставь бутылку и можешь быть свободна, – разомлевшая красотка неопределенно махнула рукой в сторону.

Ника поспешила выполнить пожелание и неуклюже попятилась к выходу.

Черт бы их побрал! Наверняка, разврат в крови у этого семейства. Впрочем, сам Гордеев ни за чем крамольным застукан не был, но Ника не сомневалась: все впереди.

– Да, твой босс велел тебе зайти к нему в кабинет, – девица усмехнулась, и в следующее мгновение ее рот накрыли чувственные губы атлета.

Ника стремглав выскочила из комнаты.

Пожалуй, стоит предупредить персонал, чтобы не беспокоили гостей в ближайшие пару часов. Нет, ну нормально вообще? Ника покачала головой.

Ей нужен кофе. И раз уж вип-обслуживание на этом закончено, а Гордеев все-таки решил продолжить воспитательную беседу – чашечка бодрящего напитка между экзекуциями ей не помешает.

Ника тяжело вздохнула и поплелась на кухню.

Глава 4

– Поговорить он хочет, – бубнила себе под нос, поднимаясь по ступенькам на второй этаж, – ни с кем не хочет, а со мной хочет. Зараза приставучая. Что я ему такого сделала?

Остановившись перед массивной дверью с табличкой «Босс», она скривилась. Скромность – это явно не про Гордеева. И когда он успел тут все переделать?

У бывшего хозяина клуба вообще кабинета не было. Он появлялся от силы раз в две недели, скромно торчал в кабинете управляющего, вел беседы с ним и грымзой Аллочкой и снова отчаливал на длительный срок – мил человек.

В отличие от него, Гордеев, решил основательно оккупировать территорию. И ведь сколько прошло с момента его воцарения? Сутки, двое? Дверь некогда пустующей комнаты неопределенного назначения сменила свой наряд с обшарпанно-серого на матово-красный – это, что, дуб? Блестящая шильда, будто выкованная из червонного золота словно кричала: «Я – центр Вселенной!» Ника фыркнула.