Вопрос и ответ

На столике сбоку лежала тетрадка мистрис Койл, сплошь исписанная протоколами наших с ней консультаций. Я быстро подняла глаза: мистрис Койл была по ту сторону ширмы, а мы с тетрадкой – по эту. Я протянула руку и открыла обложку.

– Я чувствую в тебе большой потенциал, моя девочка, – продолжала мистрис. – Способности к лидерству.

Тетрадь оказалась кверху ногами. Шевелить ее я побоялась, чтобы не производить лишнего шума, и попросту обошла столик – интересно же, что там написано?

– Я вижу в тебе многое от себя самой.

На первой странице, еще до начала записей, красовалась написанная синим одна-единственная буква.

О.

И все.

– Мы – это то, какой выбор мы делаем, Виола, – говорила мистрис Койл. – И ты можешь быть для нас очень, очень полезна. Если таков будет твой выбор.

Я оторвалась от тетрадки.

– Для нас – это для кого?

Дверь распахнулась так внезапно и громко, что я подскочила и поскорее высунула голову из-за ширмы. К нам ворвалась Мэдди.

– Там посланник, – едва переводя дух, выдала она. – Женщинам можно начинать выходить.

– Тут так громко, – сказала я, морщась от РЕВА, который стоял на улице.

Все Шумы Нового Прентисстауна звучали вместе, перекрикивая друг друга.

– Ты привыкнешь, – пообещала Мэдди.

Мы с ней сидели на скамейке перед магазином, пока Коринн и еще одна ученица, Теа, покупали припасы для дома исцеления, готовясь к возможному притоку новых пациентов.

Я глазела по сторонам.

Но потом ты видишь, что мужчины на дороге никогда между собой не разговаривают. А женщинам можно выходить только группами по четыре и только днем, и только на один час зараз. И группы по четыре, тоже между собой не общаются. А мужчины Убежища к нам на пушечный выстрел не подходят.

И еще солдаты на каждом углу. С ружьями, да.

Зазвонил колокольчик – это дверь магазина открылась. Наружу вылетела Коринн: по уши в пакетах, лицо – туча тучей. Следом трусила Теа.

– Магазинщик говорит, с тех пор как забрали спаклов, никто о них больше не слышал. – Коринн почти швырнула пакет мне на колени.

– Коринн и ее ушлепки. – Теа закатила глаза и выдала мне еще один.

– Не смей их так называть, – взвилась с разворота Коринн.