Гостиница «Огненное колесо»

Я принес его, чтоб показать тебе.

Они сели рядом на диван, и каждый достал лист глянцевой белой бумаги. На обоих письмах вверху значилось «Абонентский ящик 3039». Одно письмо начиналось словами «Уважаемый сэр», другое – «Дорогая мисс». В письме, полученном Джейн, говорилось:

«Ваш ответ на объявление, приглашающее потомков умершего в 1888 году Джеремайи Тэвернера связаться с вышеуказанным абонентским ящиком, получен и содержание его принято к сведению. Будьте любезны сообщить мне дату смерти Вашего деда Эктса Тэвернера, укажите, ясно ли вы его помните и насколько близкими были ваши отношения».

Не считая разных имен, оба письма были одинаковы. Джейн и Джереми разглядывали их, нахмурившись.

– Не пойму, к чему он ведет, – наконец нарушил тишину Джереми.

– Может, он пишет историю семьи.

– Зачем?

– Не знаю. Некоторые ведь этим занимаются. Давай ответим, тогда, может, и узнаем.

Он нахмурился сильнее.

– Слушай, давай я напишу.

– Джереми, какое занудство!

– Я не хотел, чтобы ты отвечала на это объявление.

– Я знаю, ты уже говорил.

Джейн вскочила и начала доставать чайный сервиз: пузатый заварочный чайник в стиле королевы Анны, две чашки с блюдцами из вустерского фарфора (одна из них разбитая и снова склеенная), глянцевый темно-синий молочник и очаровательную чайницу, разрисованную пасторальными сценами.

– Чего же он хочет? – протянул Джереми.

– Собрать всю семью, дорогой, всех наших кузин и кузенов. Возможно, некоторые из них окажутся приятными людьми.

Он подошел к ней и встал рядом с очень важным видом.

– Я думаю, тебе лучше этим не заниматься. Я напишу, если хочешь.

Джейн подняла глаза, в которых явственно читалось упрямство.

– Ты, наверное, не слышал, как я сказала: «Какое занудство!»

– Джейн…

– Ладно, скажу еще раз: занудство, занудство, занудство, тоска зеленая.

Она сделала шаг назад и притопнула ножкой.

– Ты ведь не хочешь, чтобы я вышла из себя?

– Не знаю…

Искорки в глазах вдруг спрятались за темными ресницами, бледное лицо слегка порозовело.

– Я слишком устала. – Затем вдруг изменившимся тоном Джейн добавила: – Ох, Джереми, не будь таким противным.

Глава 2

Худобой и внимательными ехидными глазами Джейкоб Тэвернер напоминал мартышку. Кожа его загорела и стала сухой после многочисленных смен климата. Волосы он не растерял, и благодаря то ли везению, то ли умелому обращению их почти не тронула седина.