Влюбленный игрок

 – Как тебе это удалось?

– Лучше скажи, парень, что там у тебя? – подозрительно спросил Мик.

– Рулоны ткани, в основном плательной.

– Рулоны ткани? – Кэт нахмурилась. – И кто дал тебе этот груз? Что-то я никогда не слышала, чтобы по каналу возили ткани.

– Это ткани местной швейной фабрики «Бремертон и сыновья». Кризис поставил их на грань разорения, и они…

– Если они разорены, – перебила Кэт, – как же они заплатят нам за перевозку?

– Я договорился с ними по-другому.

– Я что-то не совсем понимаю.

– Отсюда мы едем на запад, в Буффало, а по пути будем продавать ткани.

– Продавать?! – взревел возмущенный Мик. – Черт возьми, Морган! Мы судовладельцы, а не торгаши!

– Он прав, Морган, – сказала Кэт. – Наше дело – возить грузы, а не продавать их. Этим пусть занимаются на суше.

– Да, я понимаю, но сейчас тяжелые времена. Мы заработаем на продаже пятьдесят процентов от всей выручки.

– А что, если мы ничего не продадим? Тогда получится, что мы прокатимся в Буффало впустую.

– Нет, продадим! Все до последнего рулона! Если не получится раньше, то в Буффало уж наверняка. Этот городок – перевалочная база для переселенцев на запад. С каждым днем их становится все больше, и они скупают все подряд.

– Ты меня этим не убедишь, парень! – взорвался Мик. – Мы не торгаши, черт возьми, дойдет до тебя или нет?

– Если это ниже вашего достоинства, можете не торговать, – раздраженно заявил Морган. – Я и один справлюсь.

Кэт задели его слова.

– Дело не в том, что мы считаем это ниже своего достоинства, – сказала она.

– Ты не считаешь, а я считаю! – бушевал Мик. – Я судовладелец и никогда не опущусь до торговли тряпками!

– Не будь таким заносчивым, Мик, – одернула Кэт отца. – На данный момент нам особенно нечем гордиться. Возможно, Морган и прав. Давай хотя бы подумаем над этим.

– Подумаем? – Мик вытаращил глаза. – И от кого я это слышу? От собственной дочери! Просто невероятно!

– Не горячись, Мик. – Кэт устало вздохнула. – Ты знаешь, я люблю работу на барже, но на ней свет не сошелся клином.

– А для меня сошелся. Это благородная работа.

– Не спорю, но ведь ты не всегда работал на канале. Сначала ты был учителем. Что, разве это менее достойная работа?

– Нет, конечно, учитель – лучше, чем торгаш. Все, прекрати, не желаю больше слушать! Я вижу, ты спелась с этим прохвостом. Ну и ради бога – делайте что хотите, а я ухожу!

Мик спрыгнул с баржи на берег. Кэт стояла, уныло глядя ему вслед.