Глубокие воды

Не то чтобы я так уж много с ней виделся, сами знаете, – пару раз пообедали да за город съездили, но…

– Но что? – Вик вдруг почувствовал, что трезв как стеклышко, а захмелевший Нэш ему отвратителен.

– Другой бы и за меньшее дал мне по морде – подозревая, конечно, большее. Я прекрасно понимаю: вы могли бы чуточку рассердиться, но вы не сердитесь. Я же вижу. Пожалуй, я должен поблагодарить вас за то, что не расквасили мне нос. Его, конечно, и не за что расквашивать. Если у вас есть сомнения, спросите Мелинду.

Ну да, кого же еще. Вик спокойно и равнодушно смотрел на него в упор. Правильно будет ничего не отвечать, решил он.

– Как бы то ни было, по-моему, вы ведете себя как настоящий джентльмен, – добавил Нэш.

Нарочитые настойчивые усилия Джоэла Нэша корчить из себя англичанина действовали Вику на нервы.

– Я ценю ваши чувства, – сказал Вик, чуть улыбаясь, – но я не трачу время на то, чтобы расквашивать людям носы. Если мне кто-то сильно не нравится, я его убиваю.

– Убиваете? – радостно улыбнулся мистер Нэш.

– Ну да. Вы ведь помните Малькольма Макрея?

Вик знал, что Нэш слышал о Макрее: Мелинда говорила, что рассказала Джоэлу про «загадку Макрея», чем очень его заинтриговала, потому что он пару раз встречался с Макреем по делам в Нью-Йорке.

– Помню, – напряженно ответил Джоэл Нэш.

Улыбка на его лице стала не такой широкой. Теперь она лишь служила защитой. Мелинда, конечно же, поведала Джоэлу, что Мал за ней ухаживал. Это всегда добавляло истории остроты.

– Вы шутите, – сказал Джоэл.

В этот миг по его словам и лицу Вик окончательно удостоверился в двух обстоятельствах: Джоэл Нэш успел переспать с его женой, а каменное спокойствие Вика в обществе Мелинды и Джоэла произвело впечатление. Вик напугал его – не только сейчас, но и несколько раз на домашних вечеринках. Вик никогда не проявлял ни малейших признаков ревности. Людей, которые ведут себя не так, как принято, обычно боятся.

– Нет, не шучу, – вздохнул Вик, достал сигарету и предложил пачку Джоэлу.

Нэш помотал головой.

– Он, скажем так, слишком настойчиво ухаживал за Мелиндой. Может, она вам говорила. Меня раздражало не столько это, сколько его характер. Макрей был заносчив, вечно напивался в гостях, так что приходилось оставлять его на ночь. К тому же он был жутким скупердяем. – Вик вставил сигарету в мундштук и стиснул его зубами.

– Я вам не верю.

– Да верите вы. Но это не важно.