5 дней в Мадриде

Первый раз он разглядывает меня с ног до головы, а я стою и не могу пошевелиться. Тело не слушается, лицо предательски заливает краской. В эту секунду я словно чувствую себя обнаженной. Вспоминаю, как я лежала в его объятиях, а он ласкал меня языком, я громко стонала и жадно просила еще. Я возбуждаюсь только от одного воспоминания о нашей единственной ночи. Дышать становится сложней, чувствую, как появляются бабочки у меня в животе. Прикусываю губу до боли, в надежде успокоить свои разбушевавшиеся гормоны и исключительную память.

Макс резко разворачивается и идет на свое привычное рабочее место, жестом приглашая меня занять свое. Медленно, на ватных ногах, я послушно иду к своему креслу, сажусь и пытаюсь успокоиться. Теплый стаканчик напоминает мне о себе.

– Спасибо, – шепчу чуть слышно и поднимаю стакан в знак благодарности.

– Пожалуйста. Люблю сеть их кафе, в Мадриде у нас тоже неподалеку от офиса есть одно.

– Не заметила, – честно отвечаю я, не понимая подвоха.

– Ах, да, ты же тоже была в Мадриде три месяца назад.

– Ага.

– Ты была одна?

Сомнения отпали – он проверяет меня.

– Нет, мы приезжали группой в пять человек, – произношу беззаботно, старательно пытаясь не попасться на его уловку.

– Но ты единственная девушка в команде программистов?

– Угу.

Мне кажется, я ощущаю на себе его испепеляющий взгляд. Даже не оборачиваясь, чувствую физически, как он щурится и пытается прочесть мои мысли.

В таком режиме проходит весь рабочий день. Макс задает наводящие вопросы, а я хорошо подбираю ответы. Он сидит и, нисколько не стесняясь, минутами разглядывает меня, совершенно не беспокоясь о чувствах пугливой девочки-программиста. Вечером, почти последними, мы выходим из офиса и вместе спускаемся в гараж на лифте. Зазвонил мой телефон, на экране высвечивается «Марина», отключаю. Решаю перезвонить позже – я не могу «спалиться» перед ним, разговаривая с Маришкой своим обычным голосом.

– М-м, ты ездишь на мотоцикле? – с блаженным удивлением спрашивает он, когда я подхожу к своему «коте».

– Да, люблю своего Котю, – вырывается у меня неосознанно.

О Боже, я слишком много сегодня болтаю – рою себе яму.