СССР 2.0

Пятидесятилетний Степан Владимирович Серафимов, ветеран Первой Мировой Войны, может быть, и не в очень хорошей форме, но все еще достойный воин. Во время операции «Барбаросса», когда его сын пошел на фронт, отец тоже был готов сражаться, стать партизаном, если бы немцы напали на столицу. Он удивляет агента, неожиданно подкравшись сбоку и вырвав автомат из ее рук.

– Не стреляйте, пожалуйста! – умоляет агент нежным тонким голосом, сдаваясь. – Меня заставили, я не хотела никого не ранить!

Помня, как эта девушка стреляла в его жену, Степан не поддается на уловку.

– Руки за голову! Любое подозрительное движение – и я стреляю! – угрожает он. Затем оглядывается и спрашивает Ирину: – Ты нормально?

– Да, давай быстро, времени мало! – отвечает женщина.

Пользуясь тем, что Степан отвлекся, агент пинает оружие, так что оно падает на значительном расстоянии. Удивленный таким поворотом, Серафимов тянется за автоматом, но агент нападает на него, пытаясь задушить:

– Умри, проклятый!

Ирина бросается на помощь к мужу, но осторожничает, помня о возможных ловушках.

– Стой, Иришка! Уходи, тут опасно! – предостерегает Степан, стараясь высвободиться из смертельных тисков брюнетки.

– Вот еще! Я не позволю какой-то девке трогать моего мужа! – рассерженно отвечает Ирина.

Степану удается освободится, начинается драка с агентом не на жизнь, а на смерть, и приз в этой борьбе – автомат, лежащий в полутора-двух метрах от них. Наконец, Серафимову удается прижать агента к полу, лежа на ней и держа за запястья.

– Это не то, что ты думаешь, дорогая! – объясняется Степан.

– Да что ты говоришь! – возмущается Ирина.

Снова воспользовавшись тем, что пара отвлеклась, агент кусает Степана за ухо, тот от неожиданной боли отпускает девушку. Она ползет к автомату, но Ирина бросается к ней, задевая нить, которая на этот раз включает мощный огнемет под потолком. Пламя настолько сильное, что поджигает волосы обеих женщин, которые в панике, крича пытаются погасить огонь.

Оправившись от испуга, женщины снова сцепляются в борьбе за автомат, посреди пожара, распространяющегося по складу.

– Не смей трогать моего мужа, корова! – истерично кричит Ирина, которая хоть и не занималась никакой борьбой и не служила в армии, превращается в боевую машину, когда дело касается ее близких.