Брат Смотрящего

Пока я натягивал штаны, эти два дебила подняли с земли поверженного брата, а у того морда была хорошо замешана соплями с кровью.

– Ах, как удачно попал, – приговаривал Кузя, прикуривая очередную сигарету. Неприглядный вид крови отрезвил братьев, они заметно поникли. А Кузя, разминая плечи круговыми движениями, приговаривал: – Ну, че вы там стоите, выходите в центр, щас продолжать будем!

Деваться некуда. Я вышел в центр, ожидая продолжения, а самого трясет, будто отбойный молоток в руках держу. И вот тут наш накал страстей пошел на спад! Братья, увидав, что Кузя разминает плечи, а я не намерен сдаваться, начинают чего-то бубнить, типа:

– А че он первый-то бьет! (охуеть, логика у дебилов)

Видимо, их смутил тот факт, что они не смогли повалить меня босоногого, а сейчас я был в кроссовках, пусть и в китайских, и опрокинуть меня стало в разы сложнее.

Они понимали, что сейчас я буду бить в ответ гораздо удачнее, чем прежде, и еще со мной в паре Кузя. Это в корне меняло расклад. И, глядя на разбитый поросячий пятак брата, они поняли всю тщетность бытия и принялись улаживать конфликт словесно. Разговор закончился буквально ничем. Кузя лишь спросил:

– Ну, как вам новенький? Есть желание еще раз потягаться?

В ответ послышался отборный мат, пусть и оскорбительный, но мне было плевать – я был безумно рад, что этот дурдом закончился.

Мы шагали обратно в приют. Шоковый эффект постепенно проходил, как вдруг я почувствовал нарастающую боль по всему лицу – оно просто горело, а на голове всюду повылезали шишки.

Эти братья очень здорово меня поколотили, но сломать не смогли. Вот с этих самых пор меня, наконец, зауважали не только в приюте, но, как выяснится позже, даже станут узнавать на улице.

Больше всего в той ситуации меня огорчило отношение Кузи и ребят с приюта: никто из них не помог мне в трудный момент. Тогда Кузя объяснил мне, что таким образом меня проверяли, чего я вообще из себя представляю как человек.

– С этого дня я за тебя горой, Саня, потому что ты наших кровей!

Все это звучало, конечно, круто, но, тем не менее, тогда я вдруг понял, что пусть я и сирота и нахожусь в окружении таких же ребят, однако родства с ними не ощущал.

Это было четкое чувство, что я свой среди чужих…

Трасса Екатеринбург – Железно-Уральск, наши дни

Этот эпизод из воспоминаний Саши крепко вошел в мою память. Меня поразили средневековые нравы и нездоровая жестокость, которая царила даже среди своих ребят.