Вблизи и далеко

Пахло свежесваренным кофе и булочками с корицей и ванилью.

Дар подсказывал – Паша дома, а вот Киры не было. С удовольствием бы сейчас с ней что-нибудь обсудила. Что угодно, хоть ее корейские сериалы. Видимо, стоит запереться в комнате, принять душ и просто поспать. Я поставила горшок ровнее, расправила края скатерти и шагнула в направлении узкого коридора. Разлилась до боли знакомая энергия, скрипнули половицы. В дверном проеме появился Паша с фирменной ухмылкой, не предвещающей ничего хорошего.

– Как прошло? – спросил он ехидно.

– Нормально, – скупо ответила я и попыталась проскользнуть мимо него.

Не тут-то было. Паша невозмутимо облокотился о стену, преградив путь, и с наигранным сожалением поинтересовался:

– Кофе внезапно закончился, а прятаться было не за кем?

К горлу подкатила удушливая волна, сметая остатки показного спокойствия. Следом вспыхнула злость. Ну раз уж он настаивает…

– Если тебе интересно, то время я провела с пользой. Узнала много нового. Например, о себе.

– Поздравляю. – Паша отлип от косяка и встал передо мной, театрально похлопав в ладоши. – Первый же день, и столько удивительных открытий!

Воздух накалился и стал давить в сто раз сильнее. С опозданием дошло – ложь бы Сцилла почувствовала мгновенно. Значит, правда в его представлении выглядит именно так…

– Ты ошибаешься… – произнесла я гораздо тише, чем собиралась.

– Я?! Я ошибаюсь? То есть врать другим – плохо. – Паша наклонился ко мне, ухо обожгло его дыханием – частым, горячим. – А себе – в порядке вещей?

Я вжалась спиной в стену. Сама виновата… Слишком долго откладывала этот разговор.

– О да, – протянул он, – лишний сантиметр вымышленной дистанции что-то решит.

– Что бы ты ни думал… – Дышать выходило с трудом, говорить тоже. – Между нами давно ничего нет.

– Знаешь, мне уже надоело, – отчеканил Паша, раздражение темной рябью хлынуло в комнату, – ждать, когда у тебя пройдет эта дурь.

В памяти всплыл пустой ресторан, жесткий стол, смятая подо мной скатерть. И его энергия – настойчивая, зовущая.

– Тот случай не считается, – сказала я упрямо. – Если тебе нужна такая взаимность – дерзай. Единственное, что сработает.

– Я тогда сорвался. Но ты откликнулась. А это означает лишь одно – ты до сих пор меня любишь.