Университет Междумирья. Твори и вытворяй

 – Все-таки испугался, что она вернулась и тебе задницу надерет?

– Говорить про твою мать неинтересно, – бросили ему равнодушно. – Когда используешь других, чтобы от владык улизнуть, нечего предъявлять претензии, что потом используют тебя. Было вполне справедливо.

Воздух вокруг загустел, очередной вдох дался с неимоверным трудом. Я вжалась в спинку стула до боли, концентрируясь на ней. С горем пополам это помогало сохранять трезвость рассудка. Могу ли я сделать хоть что-нибудь?.. Сомневаюсь! Раз тут не поколдуешь, то и мой дар не сработает.

– Я жду, – уведомил Касиус, – правильного ответа. Да и предложение для тебя более чем выгодное.

– Выгодное? – Кеннет облокотился о стол. – Сдать тебе последние разработки по накопителям, с помощью которых мы темную магию на новый уровень поднимем? У владыки предложение выгоднее: горы золотые и минимум риска. А из тебя партнер ненадежный, и конкуренция в моем лице быстро станет лишней. Единственный правильный ответ – нет.

А, что?.. Он ему сейчас цинично отказал?! Не стерпев, я подняла глаза.

– А если подумать? – настойчиво спросил Касиус Кеннета, кинув на меня красноречивый взгляд, в котором читалась угроза. – Тебе-то есть что терять.

– Ничего вы мне не сделаете, – покачала я головой, – я вам нужна. Для того, что вы собрались осуществить.

Попала в точку – в его глазах полыхнул огонь. Меня отчего-то не проняло. Видимо, страх я потеряла вместе с осмотрительностью. Касиус откинулся на спинку стула, сделав короткий и до ужаса знакомый пасс. По стенам стремительно поползла чернота, сгустками бухаясь на пол. Поток потусторонней энергии, красные всполохи в провале бездны. Кеннет уставился на них, стиснув зубы.

– В этом же и был твой план? – ухмыльнулся Касиус.

Провал вмиг разросся на всю комнату, погружая нас троих в темноту – кромешную, с размаху. Только без полетов и воронок…

Глава 4

Не стало ни запахов, ни красок. Размытый черный туман, дрожащий рябью и шумом телевизионных помех. Ступни касались странной поверхности, не похожей ни на что. Она была гладкой, холодной и зеркальной, беспощадно отражая нависшую сверху пустоту, множа ее, делая бесконечной.