Университет Междумирья. Не спрашивай, зачем я здесь

– Алена, – он упер руки в стол, склонившись надо мной, – какого хрена?!

Я сглотнула и попыталась отодвинуться вместе со стулом. Не вышло – словно к полу был привинчен.

– Все утро мечтал сорваться порталом из Ладоса и придумывать, с чего по тюремным крышам шастают студентки. На фига ты сюда сунулась?

– Вас искала…

– Ну вот – нашла, – произнес Лэнсон таким тоном, что последняя радость по этому поводу улетучилась.

– У меня проблемы, – вырвалось признание.

– С головой, – констатировал он. – Целители в помощь.

– Слабо поняла, – не выдала я тайну купола, – пыталась пройти легально, меня не пустили. Пришлось самой. Вряд ли бы поймали, но на мне сдерживающий артефакт.

– И слава бездне! Представляю, что бы ты начудила, если бы его не было.

– Он не снимается. Меня о таком не предупреждали.

– Конечно, не снимается. Это принцип работы любого сдерживающего артефакта.

– Как я должна учиться использовать свои способности, – не отступила я, – если они нормально не работают?

– Ты должна учиться магии! – рявкнул Лэнсон. – Таков был уговор. Быть студенткой, не привлекать внимания. А ты что творишь?!

– А вы?.. – голос дрогнул, но я все же закончила: – Союз прорицателей чуть ваш родной мир от магии не отключил, и им до сих пор за это ничего нет!

Он шумно выдохнул. Уселся на второй стул и сложил руки на груди.

– Считаешь, можно мгновенно сместить старейшую, уважаемую и наделенную властью организацию? – вопрос явно был риторическим. – Расследование продолжается. Не мешай вы ему, распуская слухи, нас бы меньше отвлекали!

– Это не я… – щеки густо залило краской. – А что насчет убийства Лиама и Доминики?

– Не моя сфера, – отрезал главный легионер.

Межмировые заговоры – вот его уровень. Про Кеннета можно не спрашивать. Лучше молчать, что я именно к нему рвалась, потому что влюблена по уши.

– Могу я поговорить с Зинбером?

– Нет, – огорошил Лэнсон, – у него выходные. Первые за три недели.

Отдыхает он, значит. Утомился… Гады! Все они гады – и прорицатели, и легионеры.

– Твоя сегодняшняя выходка – последняя, – припечатали жестко, – чтобы тебя в Легионе больше не было. Даже рядом.

– Но…

– Без но! Иначе отправишься домой, где накосячить не сможешь никаким способом.