Университет Междумирья. Не пойман – не принц

Класс… А если цветов несколько? Я принялась экспериментировать, примеряя то одно украшение, то другое, повязывая разноцветные платки и шарфики. Подарок задумчиво мерцал, после меняя цвет на самый подходящий к образу. Что на ней – заклинание безупречного стиля?.. И она вправду не спадала. Сидела как приклеенная! По дороге в Легион я трясла головой и так, и сяк, пока не поймала пару озадаченных взглядов от прохожих. Пришлось начать вести себя прилично, чтобы к вечеру в «Вестнике Междумирья» не появилась статья о том, что у меня нервный тик.

Громоздкие здания на территории легионеров давили серостью и казенным духом. Хотелось проскочить скорее к нужному крыльцу и юркнуть в лифт. В этом желании я себе отказывать не стала. Страшно представить, сколько времени Кеннет здесь провел. А сколько еще проведет? Дурацкая практика не один месяц длится.

Кабинет Лэнсона занимал весь верхний этаж и тянул на полноценную квартиру. Типично ладосскую – вычурно дворцовый интерьер, ноль техники, зато артефактов хоть отбавляй.

Я прошла в… э-э-э… кабинет, находящийся в кабинете. Запечатанные на замки папки в шкафу, глянцевый широкий стол, по обе стороны от которого – кресла. На них можно было не то что сесть – полноценно лечь. Но я вновь вспомнила о приличиях.

Главный легионер выглядел престранно – побрился. С трудом его узнала без недельной щетины. Впрочем, бороды я у него никогда не видела. Значит, бриться периодически должен, и я наконец застала этот момент. Ну не подравнивает же он бережно свою щетину, право слово…

Лэнсон сел на край стола, игнорируя второе кресло.

Достал из нижнего ящика убитого вида железную кружку, отпил. Скривился и убрал ее обратно. Вот, теперь узнаю его – все нормально!

– Раз вы меня пригласили, – я улыбнулась, – то можно считать, что ваш запрет на посещение Легиона не в силе?

– Действительно хочешь поговорить об этом? – улыбнулся он в ответ, да так, что стало ясно: не хочу.

– Давайте лучше обсудим делегацию единого сообщества магических миров, которой меня представят.

– Знаешь уже, – уважительно отметил Лэнсон, и я записала на свой счет балл. – За этим я тебя и позвал. Дам инструкции. Слушай и записывай.

– Я запомню.

– В таком случае изложу максимально доходчиво. Они тебе – не товарищи и не благодарная публика. Даже те, кто за перенастройку источника. Их задача – оценить создательницу. Придирчиво и въедливо, предварительно пережевав вместе с костями. Скажешь не то – сожрут и не подавятся.

Я невольно вжалась в кресло.