Погребенные

 – Какого чёрта ты здесь устроил?

От тона незнакомого голоса в голове мелькнуло до абсурдного глупое желание закатиться под кровать и оставить Дориана самого разбираться с… кем бы причина боли в моих барабанных перепонках ни оказалась.

Я уже была одной ногой в пыльном укрытии, когда крупная тень накрыла меня, а полный злости голос зазвенел от удивления.

– А ты, мать твою, кто такая?

Наверное, мне стоило представиться. Во всяком случае это предполагал этикет, но я просто уставилась перед собой, как листок на ветру задрожав от беспричинного страха.

– Здравствуйте, – прижимая к груди простынь, пропищала я.

Я не сразу его узнала, а когда поняла, не удивилась, почему его голос осел липким страхом на коже. Хмурый мужик. Габриэль.

Мужчина сверху цокнул языком, глядя на меня, как на какую-то девочку по вызову.

– Что за шлюху ты сюда притащил? – Он закатил глаза, подтвердив догадку насчёт уровня моего социального статуса в его понимании.

Впрочем, обращался Габриэль к пустоте.

Я покраснела от возмущения и не успела озвучить мнение насчёт ложного обвинения в свой адрес, как в лицо прилетел лифчик и… господи, трусы. Габриэль просто скинул на меня вещи, разбросанные по кровати, и отошёл в сторону.

Кое-как, ещё пошатываясь от похмелья, я поднялась. Отчего-то робея, опустила глаза в пол и в не самом выгодном свете презентовала свой раздобревший на багетах голый зад, пока надевала трусы.

Я замерла с голой грудью, пытаясь вдеть крючок от бретельки в петельку. Тот, как назло, не поддавался онемевшим от волнения пальцам. По щекам разлился обычно несвойственный мне румянец. После я ещё долго корила себя за то, что в момент слабости подняла голову, встретившись с омутом тёмно-карих глаз.

В деловом костюме, в котором я видела его всегда, с заправленными в карманы брюк руками, сжав губы в одну источающую презрение полосу, Габриэль смотрел на меня сверху вниз.

– Живее, – скомандовал он. – Одевайся и проваливай отсюда. Дориан!

Из-за живой изгороди, отделявшей спальню от гостиной, показалась кучерявая голова.

– Доброе утро, папаша, – фыркнул парень, громко помешивая чёрный кофе в огромной кружке. Он выглядел бодрее и лучше меня и, к счастью, оказался одет. По крайней мере на нём были трусы.