Куратор

Она представила, как восковой кочегар продолжает орудовать лопатой, не отводя глаз, и погружает лопату в уголь, и поднимает, и подбрасывает в топку, и снова всаживает лопату в уголь, задавая свой ритм, и поднимает, и всаживает… От кочегара должно разить на всю кабину, подумалось Ди, но не по?том, а углем и сажей, разить так, будто уголь овладел им, будто сам он сделан из сажи. В словах не было надобности, только его глаза и ее глаза – и сила, с которой они старались расколоть друг друга.

Ди была близка к оргазму, когда Роберт вздрогнул, застонал и дернул за веревку свистка.

– Ох, черт, – хрипло засмеялся Роберт. – Кажется, мы врезались.

Пальцы Ди проникли в кудрявую поросль у него на груди. Ей хотелось выдернуть эти волосы с корнем.

– Жаль, – сказала она, убрала руку и слезла на пол.

– Что ты делаешь? Дора? Ты что, оставишь меня голого на поезде, несущемся… Господи, я даже не знаю, куда мчится этот поезд!

Ди быстро оделась.

– Не нравится мне этот кочегар – у него какое-то двусмысленное выражение лица… Что ты пишешь?

– Уголь или дрова для топки.

– Для какой? Для бойлера в подвале? Но ты же не считаешь, что в этом бараке холодно?

Она на секунду подняла глаза и заметила, что Роберт вытирается клетчатым платком, раньше торчавшим из заднего кармана кочегара.

– Топка в кабине паровоза пуста. Можно подумать, что кочегар бросает в топку воздух.

– О, а я и не знал, что ты планируешь всерьез за это взяться. Молодец! – Он огляделся, держа липкий платок на отлете. – Тебе бы быть леди и владелицей усадьбы, Дора. У тебя отличная голова для всяких мелочей, которых мужчина не замечает без подсказок женщины.

Дора следила за ним, уже зная, что он забросит платок под вагон.

– Поздно, – сказала она. – При новом порядке леди уже не будет, и лордов тоже.

Это замечание заставило Роберта нахмуриться. Он поднял с пола брюки и встряхнул их.

– Это верно.

На семейной фотографии, которую Роберт держал у себя в комнате, мать казалась маленькой, как воробушек, со стиснутыми у талии руками: она явно испытывала неловкость, позируя перед фотокамерой. Что-то с ней теперь станется, подумал Роберт.