Демон. Том 4

Разве не наивная девчонка? А что, если нападу? – состроил он хищный взгляд, при этом довольно улыбаясь.

– Получишь тогда, – показала она игриво кулачок.

Он сделал глоток, ухмыльнулся.

– Сдается мне – кулаки твои меня не остановят. Так что тебе придется убить меня, если я и правда наброшусь.

Стелла чуть нахмурила бровки, ведь сказал он таким серьезным тоном, что она чуть не псикнула в трусики.

– Шу-чу, – ухмыльнулся Аполлон. – Что? Страшно? Вижу по глазкам, что да.

– Дурацкие шутки, – скривила Стелла губы и сделала несколько глотков пива.

Его предложение наброситься… было бы прекрасно…

Вот так за разговорами пролетела вся ночь. Аполлон и Стелла сидели в креслах, наблюдая за тем, как на востоке темное небо постепенно светлело. Первые лучи пробежали по горизонту.

– Так не хочется уходить, – произнесла Стелла тихим голосом.

Она, как и Аполлон, совсем не устала, ведь выносливость демонов совсем иная, нежели у людей.

– Мы еще встретимся, – улыбнулся Аполлон.

– И ты молчал, – как-то обыденно произнесла синеволосая. – Кажется, я начинаю привыкать к твоей скрытности.

– А я и не скрывал, – пожал он плечами, сидя в кресле. – Забыл сказать, и всё.

– Что-то ты недоговариваешь, – прищурила взгляд Стелла. – Прям чувствую.

– Ладно. Тебе скажу, – хмыкнул по-простецки Аполлон и буднично сообщил: – Я собираюсь поучаствовать в убийстве Дариуса.

– Чиво-о-о-о?! – подорвалась Стелла с кресла.

– Тише-тише, разбудишь же людей, – успокоил улыбчивый демон.

И ведь сработало. Стелла скривила губки, выпрямилась, поправила накидку на плечах.

– Расскажи мне – зачем? Да и вообще! – кажется, она завелась снова. – Ты совсем-совсем-совсем странный!

– Прости, но это не мой секрет. И все подробности я рассказать не могу, – ответил честно Аполлон.

Стелла хмыкнула без какой-то обиды. Наоборот, еще больше зауважала Аполлона за то, что сохранил тайну какого-то человека.

– Если понадобится помощь, я выступлю на твоей стороне.

– А как же родители? – приподнял он бровь.

– Конечно, они не должны пострадать! – нахмурилась Стелла. – Пусть Мартинусы мне не родня, но ближе, чем кровные, – она сказала это так уверенно, что Аполлон убедился в ее ужасных отношениях с родными.

– Не пострадают. Обещаю.