Демон. Том 4

Честно сказать, я и не встречал таких людей, – непонятно что этим хотел сказать Фозах, но, вероятно, был под впечатлением от поступков демона.

– А как же Зархан? – улыбался юноша.

– Он – отдельная песня. Но тоже удивил меня. Только не говори ему, а то оперится, – сделал Фозах глоток, почувствовав приятный кислый вкус вместе с едва заметной сладинкой.

– Уверен, он тоже считает тебя другом, Фозах, – заметил Аполлон и пригубил чай.

Ванштейн хмыкнул. И довольно улыбнулся.

У него не было друзей. Вообще, найти наследнику рода Ванштейн искренних товарищей было невероятно сложно, все кругом лишь и желали, что прикоснуться к власти.

Вот как бывает, чем может обернуться трагедия.

Фозах подул на чай, посмотрел на костер, на молодого демона, что повернул голову на восток и, кажется, ожидал первых лучей солнца.

– Аполлон.

– Чего? – повернулся к нему юноша.

– Снова ты ушел от вопроса. Это твоя особенность раздражает, – прищурил Ванштейн взгляд.

– А, я так и не ответил, каково было сражаться с героиней и некромантом…

– Вот видишь, ты проигнорил намеренно, – проворчал Фозах.

– Я просто не знал, что ответить, – пожал юноша плечами, держа обеими ладонями теплую кружку. – В крепости… В какой-то момент я понял, что умру. Но слова Луизы. Не могу описать, как именно, но она словно озарила меня. Поверила в меня. После открылось второе дыхание, и я понял, пока не отрублю голову некроманту, не подохну.

– Что ж, с этим ты справился. И войдешь в историю, как того и желал. По крайней мере в хрониках. Слышал же, что говорят о вашей вылазке? – улыбнулся Фозах.

– Что я – никчемный лейтенантик, которого принесли на крепких женских плечах, – покачал юноша головой, при этом лыбясь. – А знаешь, мне это ведь даже на руку.

– С чего? – приподнял Ванштейн бровь.

– Ну, так среди знати по-любому будет известно, как было на самом деле, а вот среди народа быть простаком не так и плохо.

– Хм-м, логично. Но как по мне, так себе плюс. Хотя насчет аристократов ты прав. Думаю, в Нефердорсе на награждении многие чиновники захотят отдать своих дочерей под твое крыло.

Аполлон как-то вздохнул.

– Не рад, что ли? – снова удивился Ванштейн.