Золотые пилигримы

Ему не понаслышке была известна подноготная демократических симулякров, и такая ересь его мало интересовала. Идущий мимо бродячий торговец прохладительными напитками и пивом остановился рядом, поставив казавшийся неподъемным наплечный баул на раскаленную гальку.

– Monsieur voule vouz un peu de’eau gazeuse?[20 - Не хотите немного газировки, месье? (Фр.)] – обратился он к застывшему в раздумьях подполковнику.

– Что? А! Water, no thanks[21 - Вода, нет спасибо (англ.).], merci[22 - Спасибо (фр.

Общество бродяги ему было неприятно, и он надеялся, что тот поспешит уйти. Каждый зарабатывает на хлеб как может, и этот небольшой человек с черной от загара кожей и в старых растоптанных кроссовках не вызывал у него ни жалости, ни сочувствия.

– О! Вы говорите по-русски? Давно из России? – вместо того чтобы убраться, торговец, оказавшийся абсолютно бестактной личностью, продолжил разговор, к которому его никто не приглашал.

Все еще погруженный в свои мысли Самсонов брезгливо поморщился и сделал пренебрежительное движение рукой, без всяких сомнений и на любом языке обозначающее «отвали». Он тут же забыл о назойливом соотечественнике, когда тот наклонился к нему и ткнул твердым, как деревяшка, пальцем ему в бедро, в белое неровное пятно величиной не больше десяти копеек, не поддающееся загару.

– Откуда у тебя этот шрам, касатик? – спросил его незнакомец, очевидно переставший валять дурака и изображать из себя непритязательного попрошайку.

Теперь Сергей знал, кто стоит рядом с ним, знал наверняка и отказывался в это верить.

«Разве ты не должен был сгинуть в тюрьме, исчезнуть навсегда, пропасть наяву, как пропал из моей памяти? Испепелиться в аду, где тебе и место?» – ему захотелось вскочить и прокричать эти слова, пока не закончится дурацкий сон или скрюченное чудовище, явившееся к нему неизвестно откуда, не исчезнет само, оставив панораму лазурного берега чистой и спокойной, предназначенной только для избранных.

– Вижу, ты признал меня. Нам надо поговорить. Жду тебя сегодня вечером в Ницце. Возле отеля «Негреско», чуть в глубине, на второй линии, есть маленькое кафе. Приходи в девять вечера, полковник!

Воскресший из небытия уголовник сидел на корточках и в конце каждой фразы тыкал пальцем Сергею в коленку. Последние слова означали только одно: встреча была неслучайна.