Правила Мерджа

Я родился в Сукре, но мои родители так боялись преследования, что вынуждены были сменить фамилию. Вот так (англ.).], – ответил Феликс, надеясь, что история про дядю придаст ответу больше достоверности.

– That’s the case?! So your parents took part in these events? Believe me, I am exited to see you here, in my house. I know Luis Corvalan personally. I met him several times in Moscow, we discussed some philosophical issues from Marxism-Leninism point of view. By the way he never knew languages except his mother tongue and I had to learn Spanish! It is your native language too, isn’t it?[15 - Вот оно что! Значит, ваши родители принимали участие в этих событиях? Поверьте мне, я счастлив видеть вас здесь, в моем доме.

Я лично знал Луиса Корвалана. Я встречался с ним несколько раз в Москве, мы обсуждали некоторые философские вопросы марксизма-ленинизма. Кстати, он не знал иностранных языков, и я вынужден был выучить испанский! Ведь это же ваш родной язык? (англ.).] – продолжал задавать нескромные вопросы Василий Федорович.

Настойчивость, с которой старая партийная лиса пыталась нащупать брешь в его легенде, отнюдь не испугала Феликса.

– Entonces hablemos en Espa?ol, en esa perte de Europa hay poca jente que lo sabe[16 - Тогда мы можем говорить на испанском, хотя в этой части Европы мало людей говорит на нем (исп.).], – Кондори легко перешел на испанский.

– That was years ago! To say the truth, I’ve forgotten all the words[17 - Это было так давно! Говоря по правде, я забыл все слова (англ.

).], – старый дипломат поспешил перебить говорившего. – So your parents supported Salvador Allende?[18 - Так ваши родители поддерживали Сальвадора Альенде? (англ.).]

– Moreover, my mother knew him personally and I feel proud of it![19 - Более того, моя мать лично его знала, и я этим горжусь (англ.).] – у Феликса была отличная память, и он никогда не боялся запутаться, раз за разом повторяя заученные подробности. Он смело отправился в путешествие по своим воспоминаниям о рассказах родителей про подробности военного переворота.

Гостиная Анны Павловны стала постепенно наполняться[20 - Фраза из «Войны и мира» Л.Н. Толстого.]. Список приглашенных на этот скромный субботний ужин она продумывала не один вечер. Для осуществления их с Вуколовым плана ей следовало свести так удачно найденного Феликса Кондори с ничего не подозревающим Виленом Аристовым, мужем этой заносчивой гордячки Кольцовой. Все задуманное прошло даже лучше, чем она могла себе представить.