Вендетта. Часть I. Том VI

– Андрей, – Анна подошла к нему, стараясь заглянуть в глаза. – Надо что-то делать. Мария Алексеевна окончательно поправилась, но, её деятельная натура не позволяет ей оставаться долго на одном месте. Она уже придумывает себе различные заговоры и пытается найти какое-то разрешение оных.

– Ничего, не волнуйся, скоро Андрей Иванович приедет и поговорит с ней. Думаю, что он сумеет образумить её величество. Если уж с Елизаветой Петровной получалось, то и здесь получится. – Он улыбнулся. – Аня, я уезжаю. Его величество поручил мне чрезвычайно важное задание, так что… – он развел руками.

– Ты только вернись, а папеньку я сама уговорю, – Анна теперь очень хорошо понимала Марию, которая места себе не находил в отсутствие мужа. – Это самое ужасное, ждать.

– Ничего, прорвемся, я тебе еще успею надоесть, – и Турок отпустил девушку, направляясь к выходу, где уже стоял оседланный конь.

***

Андрей Иванович Ушаков приехал в Ораниенбаум как раз в то время, когда Мария закончила писать второе письмо, и запечатала его печатью. Он прошел прямиком к кабинету Великой княгини, возле которого на страже стояли два гвардейца.

– Извините, Андрей Иванович, но без доклада никак нельзя вас впустить, – один из них перегородил путь Ушакову, а второй тем временем исчез в кабинете.

Охрану в поместье несли те, кто в свое время начинал охранять Великого князя вместе с Назаровым. Точнее, Назаров тогда постигал эту нелегкую науку набивая шишки и вразумляя своих подчиненных. Но в тот раз что-то получилось, и теперь остатки того полка составляли дворцовую гвардию, как назвал их Пётр Фёдорович, вот только дворцовой эта гвардия оставалась лишь на территории бывшего Молодого двора. Зато здесь охрана была поставлена на приличном уровне. По приказу Петра многие моменты помогал решать Турок, который указывал уязвимые места, требующие особого контроля.

Всё это Ушаков отметил, когда шел к Марии. Его несколько раз останавливали, да и на всем протяжении своего движения Андрей Иванович ощущал, словно чьё-то незримое присутствие сопровождает его, отслеживая каждый шаг. Ощущение было неприятное, но, в то же время Ушаков испытывал удовлетворение. Здесь действительно лихим людям было бы сложно прорваться к августейшей семье.