Тополь

На Утесе он появился недель семь назад, полагая ненадолго остановиться здесь и разыскать судно, уходящее на юг. У этого горемыки странная мечта – попасть к южанам не для торговли или иных понятных дел, а чтобы выяснить, так же ли они смеются, как кимрийцы. Я говорил ему, что бывал за морем множество раз и не обнаружил особых отличий, но вряд ли это принесло ему утешение.

– Вы знакомы с ним?

– Почти в той же мере, что и с вами. Месяц назад он сидел на том самом месте, где вы нынче, также дожидаясь стряпчего. Тогда он еще не был так отчаян, обладая способностью изъясняться и даже беседовать, как образованные люди, ведь это было его первое посещение ратуши.

Он приехал на побережье с северных гор и, как я сказал, собирался в дальнее плавание. Естественно, такое путешествие предполагает значительные траты, поэтому несчастный продал дом со всем имуществом, и на бо?льшую часть денег приобрел яхонт. Прибыв на Утес, он поспешил к нашему меняле Корину, именующему себя златником, но не продал камень, а отдал на хранение, получив обычную в таких случаях расписку. Затем бедолага добрался до пристани и, к своему ликованию, нашел нужный корабль, готовящийся к отплытию через два дня. Вечером на радостях он хватил лишнего в харчевне на постоялом дворе, где остановился. По пробуждении в своей постели засветло с треском в голове, этот мечтатель потянулся к поясу, привычно проверяя, в порядке ли расписка, но ни нее, ни денег на месте не оказалось. Обшарив комнату вдоль и поперек и облазив харчевню, с тяжелым сердцем он вновь отправился к Корину. Однако меняла сделал вид, что видит его впервые. Так непутевый в считанный миг сделался нищим в чужом городе, потеряв дорогу на юг к мечте и на север к дому. Горемыке не оставалось ничего, кроме Управы. Когда он вышел от стряпчего, на него было больно смотреть. Власть в лице своего представителя не только посмеялась над ним, полностью подтвердив правоту Корина, но также допросила его и потребовала найти место в недельный срок. Не хочу кичиться добродетельностью, господин чтец, но я попытался помочь бедняге. Я предложил ему временную работенку в моем мореходстве, но тот был совсем раздавлен и не воспринимал мои слова. Тогда я пихнул ему горстку монет. Как я слышал потом от знакомых, он делал детские попытки обмануть златника. Отыскал несколько держателей кориновых расписок, взял у них образец и нарисовал подделку. Когда он предъявил это художество Корину, меняла лишь усмехнулся и выкинул его из лавки, пригрозив всадниками.