Сплав'

– Господа, соблюдаем порядок погрузки! Очередность, господа!

Следуя этому «порядку», в салон первой машины охранники сначала втиснули четыре ящика водки.

– Не маловато будет? – зачесал репу завхоз Семыч и сам себе ответил. – Если что, позвонят по мобиле, пересечемся.

Еще четыре ящика закантарили пассажиры. Затем туристы стали заносить свое снаряжение. По нему сразу было видно, что сотрудники финансового учреждения – матерые волки-сплавщики.

А где охрана? Вот и она. Подъехал бронированный «Фольксваген» с надписью «инкассация».

С лязгом откатилась дверь, из которой гуськом выползли дюжие мужички. Они-то и выволокли из спецмашины сейф, а уже оттуда со всеми почестями, точнее, «по частям», выудили начальника охраны – «отсыпался после тревожного дежурства». Одет он был в дорогой черный костюм, а в руках окоченело сжимал пистолет. Профессионал! Одно слово!

– Куда его?

– Лучше на крышу. Пусть проветрится и в себя придет к началу сплава.

Сказано-сделано.

Начальника подняли на крышу одного из микроавтобусов и там надежно зафиксировали транспортировочными ремнями.

– Оружие где? – на секунду очнулся главный охранник и приподнял лохматую голову.

– В руках держишь, – успокоили товарищи, после чего их шеф повторно отключился.

Теперь, кажется, все туристы в сборе.

Миловидная девушка в мини пересчитала присутствующих, задорно сверкнула крутыми загорелыми бедрами (сама-то, небось, на Ямайке чалилась):

– По ведомости двадцать девять, в наличии – двадцать восемь.

– Раз надо – потерпим чуток, – согласился Гогуа Ревазович, профессор медакадемии, глядя на стройные формы симпатяшки, после чего вплотную приблизился к сотруднице «Уральского змеелова».

– Позвольте, мадемаузель, ваш личный телефончик. Запишите вот здесь в уголке, – вкрадчиво зашептал он.

– Зачем вам?

– Благодарность хочу написать. Адресно.

Девушка черкнула номер.

– Имя?

– Лучше назовите вслух, у меня прекрасная память.

– Наталья.

– Уже запомнил! До встречи-и-и, – игриво произнес Гогуа и отошел в сторонку, приписав на бумажке: «ПериНАТАЛЬнаЯ пупочная грыжа, очень операбельна! Середина июля».

Немногочисленные провожающие давали напутствия:

– Ты смотри там по скалам не ползай, а то сорвешься, знаю я тебя верхолаза.

– Позванивай.