Грехи наших отцов

То есть Рагнхильд сейчас на острове?

– Да, как будто собралась прибраться у Хенри. Там еще осталась какая-то собака…

– Собака, да, – подхватила Мерви Юханссон. – Я ведь живу здесь и все вижу. Собаки Хенри забегали ко мне. Когда ему приходилось особенно плохо, он забывал впускать их в дом, а на дворе двадцать пять градусов мороза! И, конечно, не кормил. Вот они и перебивались у меня. Здесь ведь постоянных жителей было – я да Хенри. Он приходил за своими собаками, как только становился на ноги. Я предупреждала, чтобы он не сажал их на цепь, пусть ходят на свободе…

Ребекка подумала было спросить, не знал ли Хенри Пеккари отца Бёрье Стрёма, но Мерви Юханссон ударилась в воспоминания, как много народу проживало в поселке постоянно, когда она была молода и только вышла замуж в пятидесятые годы.

– Вот я сижу здесь и вспоминаю старые времена, – опомнилась наконец Мерви. – А у тебя, наверное, какие-то свои дела?

– Нет-нет, – успокоила ее Ребекка.

Старушка посмотрела в сторону острова и как ни в чем не бывало продолжила о своем:

– Я чуть не плакала, когда мать Рагнхильд переехала в Кируну. Так, говоришь, ты Мартинссон? Откуда ты?

– Родственники отца жили в Курровааре. Вы не знаете, был ли Хенри знаком…

– Ты не дочь Виолы Мартинссон?

– Нет, я дочь сына Терезии Мартинссон, – поправила Ребекка.

Мерви Юханссон поднялась с саней и схватила Ребекку за руку, словно чтобы убедиться, что она настоящая.

– Так ты дочь Вирпи! Она тоже жила здесь, у Пеккари. Ты, конечно, знаешь об этом. Они с Рагнхильд часто бывали у меня маленькими. Одно время у меня жил ягненок, которого они кормили из бутылочки. А Рагнхильд еще девочкой сидела на веслах и прекрасно управлялась с лодкой.

Выцветшие глаза Мерви остановилась на Ребекке.

– А ты похожа на мать, – заметила она и вдруг добавила: – Она и вправду вылитая Вирпи.

К кому обращена последняя реплика, Ребекка так и не поняла. Бывало, она и сама разговаривала со щенком, но говорить с людьми, которых нет, через голову живого, присутствующего собеседника – это уже совсем другая стадия.

«Скоро и я буду такой», – промелькнуло в голове Ребекки.

Мерви молчала несколько секунд, постепенно отпуская руку Ребекки. Наверное, вспомнила, что Вирпи мертва.