Косатка. Школа охоты

Однако далеко не каждый из них был готов стать столь лёгкой добычей для Тиликума.

Большинство морских львов вообще редко покидало сушу: самки кормили своих детёнышей молоком на протяжении нескольких дней, затем отправлялись в трёхдневное путешествие за рыбой и, восстановив запасы энергии, возвращались, чтобы снова продолжить кормление львят. Взрослые самцы и вовсе неделями не оставляли этого богатого самками берега, даже ради того, чтобы поесть. Они ревностно охраняли свою территорию, на которой часто располагались десятки их личных самок.

И всё же своим громким рёвом, напоминающим всем в округе о существовании владыки того или иного клочка суши, напугать они могли лишь себе подобных.

Могучий спинной плавник Тиликума, своей высотой сравнимый с ростом взрослого человека, кружил почти у самого берега. Он выжидал.

Он терпеливо ждал, когда у берега появится морской лев. Подолгу ждать не приходилось: совсем молодые детёныши, всего пару недель отроду, постоянно рвались научиться плавать искусно.

Их было сложно удержать от воды, и у матерей часто просто не хватало на это сил. Они прыгали в волны на берегу и плескались, словно океан – это одна большая площадка для игр.

Когда один из них входил в воду, Тиликум был тут как тут. Скрываясь в морской пене, он появлялся, казалось, из ниоткуда; ни один из детёнышей не ожидал, что очередной прибой принесёт не только удар волны, но и погибель. Вода обтекала его, словно подводную лодку; он вылетал на мелководье и хватал ничего не подозревающую добычу.

А после того, как его тело оставалось обнажено и предоставлено земным обитателям на обозрение, он, ёрзая по гальке так, будто бы сам превратился в волну, выталкивал себя назад в океан.

Косатка не может находиться на суше: её вес в несколько тонн, обычно поддерживаемый выталкивающей силой воды, под силой гравитации начинает сдавливать внутренние органы и мышцы животного, а со временем может и вовсе раздавить их. Кроме того, толстый слой подкожного жира представляет собой энергетическую станцию, постоянно производящую тепло, и без прохладной воды вокруг себя, к которой адаптированы тела этих могучих млекопитающих, они попросту перегреются, будут обезвожены и умрут.

Каждый раз, когда Тиликум выбрасывался на галечный пляж, чтобы схватить в свою пасть очередного морского львёнка, беспечно скачущего у воды, он рисковал своей жизнью.

Подкрепившись, он направил свою сорокалетнюю тушу назад в глубоководье, к своей группе из шести косаток.