Я убил Бессмертного. Том 5

– Вот ещё, – заявил я в трубку, – поинтересуйтесь, что за каналы показывают репортажи со словами, что поджигателей можно понять и простить.

– Эээ… я и так могу перечислить вам эти каналы, хоть сейчас, – отозвался Флетчер.

– Не совсем, – поправил я. – Меня интересует, кто владеет этими каналами… особенно если в последнее время в руководстве появились новые люди или возникли какие-то перестановки.

Флетчер помолчал ещё секунд пять, а затем ответил:

– Ладно, я этим займусь. Что-то ещё?

Я улыбнулся. Вот так, без лишних вопросов и требований.

Так-то лучше.

– Пока всё, – заключил я – и оборвал звонок.

Бунтуют они, бл**ь. Я почувствовал, как внутри меня шевелится вязкое, тёмное недовольство. И не то, чтобы меня очень сильно волновало, что там делают эти люди, но просто… как они посмели? Почему вообще решили, что могут – что имеют право – обвинять меня хоть в чём-то? Меня, того, кто…

Стоп. Стоп! Это не мои мысли. Это мысли Тьмы, сидящей внутри меня. Это она недовольна произошедшим – не я.

Это её оскорбляет такая фамильярность.

Тихо. Спокойно. Спокойно. Я выдохнул, почувствовав, как разгоревшийся было в груди огонь вновь погасает.

Срочно отвлечься от мыслей о протестующих и Флетчере. Побыстрей, на что угодно. Я отдал мысленный приказ – и перед моими глазами возникла картинка с камеры слежения.

Герда Крейн занималась делами, доставшимися ей от отца.

Разумеется, как бы я ни доверял всесокрушающей силе Сената или внемировой удаче Люка – я бы не оставил нашу потенциальную Мать Рока без пригляда.

Камеры были поставлены по всей Башне Крейна, причём без её ведома, разумеется. Из других миров я бы следить за ней не смог, но из этого – сколько угодно.

Итак?

Девушка сидела за столом, со злобным видом изучая какие-то бумаги. Кажется, это занятие было вовсе не тем, чего ей сейчас хотелось, но тут уж – что есть. Кстати, а где охрана?

«Пощёлкав» камерами в Интерфейсе, я нашёл и их. Люк сидел за дверью, бдительно сжимая в руке свой огромный меч. Вообще-то по-хорошему следовало бы разместить его внутри, но, похоже, сама Герда его и выставила.

Её можно понять – кому приятно, когда тебя караулят двадцать четыре часа в сутки – но альтернатива, убийство от рук не-героя, почему-то устроила её ещё меньше.

Кивнул своим мыслям, я вернулся на первую камеру. Итак, всё тихо, девушка злится и корпит над бумагами. Я уже собирался выключить слежение, когда…

– Ты правда так думаешь?

А? Герда находилась в комнате одна.