Некромант города Москва – I – Пробуждённый

Если этот старик и вправду владеет одной из “печатей” и может накладывать их на себя, то возникает вопрос: что почему он подрабатывает носильщиком? Неизвестно, какой безумный гений придумал основу этого направления (скорее всего, это произошло случайно), но факт остается фактом: это путь демона. И идущие по нему никак не могут быть ниже ранга C.

Печатей существует множество. И все они так или иначе позволяют избавляться от оков человечности. Чувств и ограничений. Запечатать можно было даже эмоции. Такие как жалость, сочувствие или лень.

Андрей спросил в лоб:

– Какой у тебя реальный ранг?

Но Самуил лишь печально улыбнулся.

– Сейчас я едва-едва сравняюсь по силам с D-ранговым. Но ежели напрягусь, может, и С уделаю.

“Подозрительно” – пронеслось в голове Андрея.

– Но это сейчас, а раньше? – не отставал от него лидер.

Старик хмыкнул.

– Может быть, “B”, быть может, “A”. Кто знает? Тогда системы рангов толком не существовало.

“Бл*дство” – едва не скривился в лице Андрей, – “Из какой эпохи он вылез?”

– А что стало с твоей силой? – полюбопытствовала уже Анна.

– Запечатал. Но, кажется, мы ушли куда-то не в ту степь, – уклонился от ответа Самуил, – Сейчас совсем не время и не место для этого разговора.

Его слова словно вернули всех в реальность.

Андрей на секунду прикрыл глаза и, ничего не сказав, вытянул одну руку над чашей. Другой же вытащил кинжал из-за пояса и полоснул лезвием по запястью.

Капли крови упали на дно чаши. Узоры на её стенках едва заметно зашевелились.

“Значит, делаем все верно,” – кивнул он самому себе.

– Присоединяйтесь.

Тут же без сомнений вспорола себе запястье Анна, а за ней и Самуил. Замешкался лишь Олег, взяв кинжал у старика.

Это оказалось так сложно – сделать самому себе надрез. Но через несколько секунд колебаний, он резким движением разрезал кожу.

Слишком слабо. Кровь полилась совсем тонкой струйкой, отчего ему пришлось повторить действие. И даже в такой ситуации, он умудрился словить ехидную улыбку от Андрея.

“Чертов сопляк…” Андрей не додумал мысль.

Кровь стекала медленно. И вместе с тем узоры на чаше все больше оживали, под конец напоминая ползающих змей.