Архимаг, который живёт в подвале. Том 2

Вот Роблен или Вивианна – их смерть стала бы для меня (и станет) величайшим подарком. А есть… рядовые Светлые. Немного странно осознавать, что я стал причиной смерти стольких людей, которые ничего не сделали мне лично – и даже особо не сожалею.

Или вот Карина.

О её смерти я тоже не сожалел, нет; никто не скажет, что она не заслужила этого. Но всё-таки и искренне ненавидеть её не мог. Каждый раз при мысли о ней в голове вспыхивал образ – та Карина, которой она была когда-то, та, с которой я познакомился много лет назад.

Наверное, её смерть всё же испортила мне настроение. Ну, насколько вообще можно испортить настроение тому, кто находится на похоронах собственной матери.

Так что по пути до женского общежития я по большей части молчал, погружённый в свои мрачные мысли. Машина притормозила у ограды, чуть в стороне от ворот; я решительно пресёк попытки Славика отправиться со мной – да, в целом он прав, мне сейчас не стоит ходить без охраны, но подвал дело иное, не хватало ещё, чтобы он увидел Архимага – и вышел наружу.

И застыл, открыв дверь.

Опять бардак.

В который раз? Третий, четвёртый? Стоя на пороге подвала и оглядывая помещение, я чувствовал, что даже не удивлён. Пустые бутылки – на месте, три спящие девицы – тут (странно, что тёти Зины нету, в прошлый раз была), богатырский храм Октября – в наличии. И над всем этим витает стойкий запах болезненного похмелья.

Наверное, я мог бы даже найти это забавным. Но в последние дни у меня резко пропало настроение смеяться.

…последние дни выдались суматошными; даже если не говорить о похоронах этим утром и о том, что случилось на них, дела Тёмных захватили меня с головой. Ничего удивительного, что в подвал я заглядывал лишь для того, чтобы оставить старикам еды и убедиться, что они тут ничего не взорвали.

И всякий раз заставал тут… это.

Я прикрыл дверь за собой; мой взгляд остановился на Архимаге.

Старик не спал – единственный из всех. Сидя за обшарпанным колченогим столом, он вертел в худощавых пальцах костяшки пожелтелого домино; руки Архимага слегка дрожали, взгляд рассеянно бегал где-то по стенке. В таком виде он ничуть не напоминал грозного владыку Тёмных – скорее, наоборот, ни дать ни взять пенсионер из дома престарелых, растерянный, одинокий и печальный.

Покачав головой, я опустился напротив.