Шпага д'Артаньяна, или Год спустя

– Отчего у тебя такой цветущий вид? Ведь верно, Маникан, Пегилен прекрасно выглядит?

– У господина барона превосходный костюм, – тоном знатока заметил по обыкновению разодетый Маникан.

– Благодарю вас, господин де Маникан, – учтиво поклонился де Лозен.

– А ведь и правда, великолепный камзол, – оценил наконец и де Гиш, – но по какому же поводу, друг мой? Не говори только, что ты отдаёшь дань почтения творчеству Мольера, так наряжаясь на его спектакль: это сделало бы честь твоему вкусу, но никак не оригинальности.

– Не скрою, – усмехнулся барон, – что не в этом кроется причина моего счастливого вида. Как высоко ни ценил бы я гений господина Мольера, я не стал бы… но погоди! Ты действительно ничего не знаешь?

– Клянусь тебе в этом, – заверил его Гиш, сообразив, что есть новость, которую он должен бы знать.

– Тогда сообщи мне, когда ты в последний раз дрался на дуэли.

– К чему этот вопрос, мой дорогой?

– Просто ответь мне.

– Это легко, – сказал де Гиш, пожимая плечами, – после памятного поединка с де Вардом я вёл исключительно мирный образ жизни.

– Отчего же? – полюбопытствовал Лозен.

– Я тогда чудом избежал Бастилии, – объяснил граф, с благодарностью взглянув на Маникана, – и не хотел повторно искушать судьбу.

– Вот оно что! Как же, как же… Припоминаю, что капитан королевских мушкетёров проявил тогда недюжинное усердие в расследовании происшествия.

– Так оно и было. Господин д’Артаньян в точности воссоздал картину случившегося, и если бы не Маникан…

– Опала показалась бы тебе счастьем, не так ли? Но оставь эти предосторожности, друг мой, и живи полной жизнью! Дерись, сколько пожелаешь, только не проси меня быть твоим секундантом.

– Зачем ты говоришь мне всё это?

– Затем, что мне жаль тебя, Гиш. Ты скучно проводишь свои дни, а я дарю тебе возможность безнаказанно сражаться на дуэли.

– Безнаказанно?

– Именно так.

– Но как это возможно?

– Да просто новый капитан мушкетёров не станет выказывать чрезмерного рвения в изучении твоих стычек.

– А что, уже назначен новый капитан?

– Думается, да, коль скоро я тебе об этом толкую.

– И давно?

– Сегодня. Ты прибыл как нельзя более кстати, чтобы поздравить его.

– Не премину сделать это, ибо преемник маршала не может не быть достойным дворянином.

– Гм! Надо думать, ты прав.

– Так это твой друг, Пегилен?

– Ещё бы, да к тому же самый лучший.