Энуэмент

 – А есть и отрицательные? Не замечала.

– Все мы не совершенны, – меланхолично протянул он и пожал плечами.

– Продукты ты теперь покупаешь сам, – равнодушно заметила девушка.

Подумаешь угроза, пронеслось в его голове. Он все это время сам для себя их покупал. Дело привычное.

– Спишь на полу, – в ответ пригрозил он.

– Больше не готовлю, – отозвалась на это Власта.

– Кроме тебя естественно, – тут же быстро поправился алв, вызвав веселую улыбку шие. – Все мы не совершенны, кроме тебя. Но, к сожалению, даже на солнце есть пятна.

– Продолжай-продолжай, – подбодрила его объяснения пепельноволосая, и ее улыбка стала довольной.

– Наглость, например. Она конечно важна и нужна, но… – Тут он прервался и внимательно посмотрел на нее. – Вот скажи мне, как ты сюда попала? Мой ключ у меня и дубликат ты сделать не могла.

– Тоже мне сложное дело, – небрежно бросила она. – Пошла к хозяйке дома и просто взяла второй экземпляр.

– И она отдала? Просто так?

– Ну, не совсем просто, и не совсем так, – неопределенно махнула рукой, – но, как я и говорила утром.

Ренар несколько секунд смотрел на нее, потом взлохматил свои волосы и выдохнул. Он, в который уже раз, не знал, что ему делать, то ли начат смеяться, то ли начать ругаться. Первое он не мог сделать, потому что ему было не смешно. Его откровенно напрягал тот факт, что в мире можно так легко забрать, у кого бы то ни было, право на свободу.

– Жутко.

– Да брось, – девушка встала из-за стола и вышла из комнаты.

Ренар последовал за ней. Власта подошла к кровати, грациозно развернулась к нему лицом и элегантно села на кровать, за неимением в комнате стульев или кресел.

– И продолжай, что там с моими отрицательными сторонами?

– Вот же, хорошая у тебя память, – недовольно проворчал он, прислонившись спиной к комоду.

– Не жалуюсь, – сказала Власта и победно улыбнулась.

Пепельноволосая зараза оперлась на руки. Немного откинулась назад и слегка выгнула спину, выставив вперед грудь. На это действие девушки он лишь добродушно усмехнулся на правую щеку. Этим его проймешь.

– Зато остальные очень даже жалуются.