Древо смерти

Теперь уж её любопытство потеряло всякие границы, но удовлетворить его не было никакой возможности. Это всё равно, что хотеть пить, плавая в океане.

– Да что здесь происходит? – Элизабет вошла в дом и закрыла за собой дверь. Стены повсюду были увешаны рисунками местных холмов, лесов и реки Хеплби. Когда-то этот коттедж принадлежал Энгару Тонку, неплохому живописцу, писателю средней руки и большому любителю родного края. Эту же страсть имели и многие его потомки.

– Мисс Такер, это вы? – Фрэнсис Тонк в очках и любимой шляпке с цветочками на широких полях вышла из гостиной.

 – Что вас привело к нам сегодня?

Элизабет повторила свою просьбу.

– О, конечно! Конечно! – Старушка проводила её в гостиную. – Подождите. Я сейчас всё достану.

Элизабет обвела взглядом тесную комнатку. Всему здесь не хватало места: камину, большим креслам и столу, шкафам, забитым книгами, и втиснутым в угол буфету. От множества картинок с портретами, пейзажами мельтешило в глазах. На каминной полке стояла бисквитница из голубого фарфора с белым орнаментом в виде виноградной лозы.

Элизабет, прищурившись, рассматривала необычную вещицу. Похожая была и в её доме.

За маленьким окном послышался стук. Элеонора резко обернулась: сквозь мутное стекло виднелся неясный силуэт. Светлая рубашка и тёмные брюки. Мужчина. Неужели ухажёр Джейн пришёл мириться?

Элизабет опрометью бросилась к двери, ударившись на выходе об низкую перекладину. В саду никого не было, но у калитки стоял мужчина. Элизабет знала всех жителей деревни хотя бы в лицо, но его она видела впервые.

Мужчина с копной золотистых кудрей на голове, в синих брюках, синем пиджаке и белой рубашке. Незнакомец широко улыбнулся, от чего выражение лица стало немного напоминать волка и, отсалютовав Элизабет двумя пальцами, пошёл вверх по улице.

Элизабет была готова броситься за ним, но тут, как назло, появилась миссис Тонк.

– Ох, милочка, почему вы стоите на улице. Сейчас ужасно холодно. Немедленно зайдите в дом!

Элизабет вздохнула. Ничего не поделаешь.

Уходить, а тем более убегать без веской причины – дурной тон, а этого, несмотря на всё желание, не позволяло вбитое с детства воспитание. В руках у мисс Тонк обнаружился тюк, из которого торчал кусок светлой ткани.

– Здесь всё, что нашла, но думаю, не мешало бы простирнуть и отутюжить, но что я вас учу. Вы уже взрослая, а казалось, совсем недавно были малюткой и носились с моей Джейн по саду. Хорошее было время, – старушка даже смахнула невидимую слезу.