Наследство

Но вместе с тем так грустно и печально, что я не приехала проводить её в последний путь, и даже не знаю, кто занялся похоронами.

Язык я тоже помню слабо, точнее практически ничего не помню, кроме обычных приветствий и благодарностей. После отъезда мама запретила на нём разговаривать и сама ни слова не вспоминала. Каково же было моё удивление, когда я поняла, что в этих местах многие спокойно разъясняются на русском, хоть и с тем странным акцентом, с каким всегда говорила бабушка. Я довольно быстро узнала, как добраться до нужного посёлка, уселась с дочкой в потрёпанную маршрутку – не знавшую ремонта лет, наверное, двадцать – развязала ей шарф, чтобы не было жарко, и стала дожидаться отправки.

Всю дорогу маршрутка скрипела, дребезжала, я даже подумала, что мы так разобьёмся, но нет – добрались в целости и сохранности. В пункт назначения прибыли уже к закату, а остановкой оказалась небольшая площадка на окраине соседнего села, прямо возле леса. Дальше можно только на своих двоих, и мне эта идея совсем не понравилась.

Я стала оглядываться, в надежде найти какого-то попутчика, но ничего, кроме парочки ветхих домов, – скорее всего нежилых – не обнаружила.

Стало прохладнее, и я поспешила завязать шарф дочери обратно. Она такая слабенькая, не хотелось бы, чтобы простудилась сразу по приезду. Пока я с этим возилась, в конце дороги, по которой мы приехали, показались два небольших огня. Присмотревшись, я поняла, что это свет от фар. Машина приближалась неторопливо, подпрыгивая на неровной дороге. Пока я думала, стоит ли рисковать и останавливать её, как водитель сам притормозил возле нас, опустил окно и окликнул меня:

– Буна сеара! Авець невойе де ажутор?

Не поняла всего, но кивнула ему:

– Буна! – Я не могла вспомнить больше ничего на их языке и решила попробовать снова на русском, надеясь, что меня поймут.

 – Мы идём в село Браништи.

– Аааа, – протянул мужчина с тем же акцентом. – Так садитесь, подвезу.

Сомнения разрывали меня: идти с дочерью по тропе мимо леса ночью или сесть в машину к незнакомцу, который может оказаться кем угодно.

Тут какой из вариантов не выберешь – всё равно есть вероятность, что прогадаешь. Я помогла дочке сесть на заднее сидение, а сама выбрала место рядом с водителем. Он снова завёл мотор и направил машину по той тропе, что нам нужна. Я облегчённо вздохнула, но всё равно напряжение никуда не делось.

– Я Мирча, – представился он.

– Илина. – Я кивнула в ответ. – А это моя дочь Настя.

– Илина… Знакомое имя.