#После Огня

– И… далеко нам еще лететь? – Молчание притягивало мысли о доме, которые Алиса не могла себе позволить.

– Да.

– Неделю? Месяц? Сколько?

Ответить односложно на такой вопрос было бы откровенной грубостью, но Вожак не посчитал нужным сказать в ответ вообще хоть что-нибудь.

Он пружинисто поднялся на ноги, разминая плечи мягкими круговыми движениями. Высокое чистое небо раскинулось над ними.

– К вечеру будет гроза, – сказал Вожак, втягивая воздух носом.

Алисе показалось, что она ослышалась. Грозами пугали молодых Крылатых с первых дней испытания.

Тяжелые тучи несли в себе отравленную воду. Так же, как плоть падальщика, она содержала яд, разъедающий кожу, песок и камни. А молнии били в песок и разрывали воздух оглушительным грохотом. Большие грозы редко достигали Города, они успевали пролиться и отгреметь за грядой. Именно там, где сейчас, вытянув ноги, сидела уставшая Алиса.

– Нам нужно улететь дальше. Может быть, получится обогнуть грозовой фронт. – Вожак будто говорил сам с собой, не оборачиваясь к девушке.

Ей отчего-то думалось, что он избегает ее взгляда. Но мысль о том, что Вожак может испытывать вину за выбор спутника, была смехотворной. Мужчина представлялся Алисе таким же каменным, как горы, которые их окружали. Он словно состоял из букв Закона, каждое его движение было прописано в ступени возрождения. Но не взгляд, который он старательно отводил в сторону, обращаясь к ней. Алиса подхватила рюкзак и встала перед ним.

– Я постараюсь не отстать от вас… – Она замялась, но, сделав над собой усилие, продолжила: – Томас, я не отстану от вас.

Меньше всего хотелось бы попасть в грозу.

Услышав свое имя, Вожак все-таки поднял на нее глаза. Медные искорки на сером полотне – вот как они выглядели.

– Гроза – не самое страшное из того, с чем мы здесь встретимся, Крылатая. Но все-таки поспеши.

Не беря разгона, он шагнул в сторону обрыва и взлетел, хотя высота падения оказалась до смешного маленькой. Алиса никогда еще не распускала крылья за секунду свободного полета вниз, но медальон ободряюще теплел у нее на груди.

Медальону Алиса научилась верить в первую очередь.

Чем дальше они летели, тем очевиднее для нее становилось, что Вожак был прав: грозовые тучи заслоняли горизонт со всех сторон, лишь позади Томаса и Алисы оставалась светлая полоска, там, где проживал еще один свой день Город.

Через пару часов стремительного полета стало ясно, что грозу не миновать. Она вступала в свои права.