Трофей для хулигана

Что ж в тебе, зараза, такого, что не отпускает? Завожу машину, втыкаю передачу и трогаюсь, шлифуя асфальт. Мы однозначно не закончили, Да-ша.

Там тебя ждут неприятности

Дарья

– Что же это вы, Романова, сегодня такая тихая и замученная?

Поднимаю глаза от описания снимка и два раза прикрываю веки, переключаясь на диалог с профессором. Глаза начинают слезиться от перенапряжения. Действительно заработалась. Час назад даже пожалела, что отпустила Валю на свидание, но она так просила… Да и наказал Семён Викторович её из-за меня.

– Снова с Валентиной из старика дурака делаете? – по-доброму усмехается мужчина и устало растекается по стулу. – Денёк сегодня… Где твоя подружка? И чего на весь кабинет зерновым кофе пахнет? Откуда роскошь? – кивает на нетронутый и уже, конечно, остывший стаканчик с напитком.

– Хотите? Он полный, – радуясь возможности не отвечать на первый вопрос, беру со стола кофе и подаю начальнику. – Только стоит давно.

– Хочу, – мужчина с удовольствием делает глоток. – Ох, то, что доктор прописал.

– Чай попила с девочками, – пожимаю плечами.

На самом деле, я всё порывалась вылить кофе в раковину. Ещё пить его не хватало! Этот Егор… Настоящий хам! В сотый раз уговариваю себя не думать о нём, но ничего не выходит. Есть в этом парне что-то такое, попадающее в девичьи фантазии, как образ Ди Каприо из «Титаника». И в этих мечтах ты разрешаешь ему творить с собой разные горячие штучки, от которых накатывают приступы тахикардии.

– Давай собирайся тоже домой, – мужчина поднимается с кресла.

– Спасибо! – кричу ему вслед и перевожу взгляд на часы. Ого! Уже восемь вечера. Клею красный стикер на последний отработанный снимок, переодеваюсь, собираю вещи и смываюсь из больницы, пока никто не перехватил.

На улице глубоко вдыхаю ночной весенний воздух. Тепло. Стягиваю тонкую шапку с головы и прячу её в карман. Где-то терпко пахнет черёмуха, и я пытаюсь поймать в лёгкие как можно больше этого аромата.

Кажется, дерево растёт во дворе за стоянкой. Точно, его видно из окон со второго этажа хирургии. Если я отломаю себе одну маленькую веточку, это же не вандализм? Ну что поделать, если люблю я мимозу, черёмуху, сирень, а у Артура от них голова болит. Никогда не дарит и, конечно, пытается перевоспитать мой «несовершенный вкус».

На это восьмое марта подарил розы в напольной вазе с меня ростом. Я его искренне поблагодарила.