Не моя жена

 – Папа тебе отрежет… – я буквально выпихиваю в руки Игоря столовые приборы и выбегаю сначала просто из комнаты, а потом на улицу, где меня уже успевает догнать муж.

– Что ты устраиваешь, Тая! – Он грубо ловит меня за локоть и разворачиваете к себе лицом. – Неужели так сложно просто поужинать? Даже если тебе не нравится!

– То есть ты считаешь, – я истерично хмыкаю, – что мы сидели за столом и по-родственному мило общались? Что твоя мама не пыталась обозвать меня проституткой, не специально задымила весь дом благовониями? – От рвущихся эмоций я повышаю голос.

– Да, я заметил запах, – кивает муж. – Но мама сказала, что на озере появились комары, а эти палочки ей посоветовали, чтобы насекомые не налетали.

– Ну конечно! – Усмехаясь, подкатываю глаза. – А вареный язык – вообще твоё любимое мясное блюдо, которое я так готовить и не научилась.

– Я даю тебе пятнадцать минут, Тая. – Игорь грубо меня встряхивает за плечи. – Чтобы угомонить истерику. Или прямо отсюда я отвезу тебя к врачу, проверить нервы.

– Прости, любимый… – от угрозы по моей спине бежит дрожь. – Это все мигрень от восточных запахов. Я действительно как-то чересчур агрессивна. Разреши мне, пожалуйста, проветриться. Я недалеко…

– Иди, – он кивает. – Телефон не забудь, и не задерживайся.

– Спасибо, любимый… – я целую мужа сначала в шею, а потом в плечо, избегая поцелуев в губы.

И практически бегом вылетаю за пределы загородного дома свекрови.

У нас с сыном здесь за посёлком есть одно секретное место, куда мы обычно сбегаем погулять, когда становится совсем невмоготу.

Нужно ли говорить, что пока я перехожу мост на меня не нападает ни одного насекомого. Правильно. Это потому что комариха в доме только одна, и лично моей крови выпила столько, что хватит на несколько нашествий кровососущих.

Пытаясь успокоиться от нервного мандража, я вдыхаю терпкий запах хвои глубоко в легкие и захожу в лесопосадку. Сворачиваю на узкую тропинку, ведущую к поляне и резко вздрагиваю от заливистого лая.

Оборачиваюсь на звук и вижу, что на меня несётся огромная немецкая овчарка.

Вскрикнув, пропускаю удар сердца и делаю то, чего никогда делать нельзя – подбираю юбку и начинаю убегать от собаки. Понимая, что она не отстаёт, выбегаю на поляну и забираюсь на пенёк. Господи, о чем я только думаю!

– Уйди! Фу, тебе говорят! – Топаю, стараясь быть твёрдой, а сама трясусь.