Миллер. Спрячься, если сможешь

Все обучающиеся живым манером направлялись в одну сторону: те, кто жил в общежитии, и те, кому хочется погреть уши. Полицейские не внушали спокойствия, наоборот разжигали беспокойство внутри. Я двигалась за потоком, чувствуя, как наступают мне на пальцы ног. Через двадцать минут загнанное стадо стояло на месте в ожидании дальнейших событий.

– Добрый день, я старший следователь. – представился мужчина, вошедший в зал, одетый в традиционную полицейскую форму. –  Сейчас мы будем вызывать вас к себе и задавать лёгкие вопросы.

– Это допрос? – выкрикнул кто-то из толпы.

– Ни в коем случае. Нам нужно разъяснить некие обстоятельства. От вас требуется лишь честность. – он надменно улыбнулся, окинув стоящих впереди парней презрительным взглядом. Что они ему сделали, что заслужили неодобрение?

Полицейский назвал первую фамилию, и к нему вышла, точнее, выбежала неброская девушка. Она так застеснялась или перепугалась, что нагнувшись завязать шнурки на потрёпанных кедах, не смогла этого сделать из-за трясущихся рук.

В нашем спортивном зале есть четыре комнаты для тренеров. Туда лучше не заходить. Святая святых. Люди в форме нарушили закон зала, впускали каждого студента по одному, не взирая на отказ. Принуждали.

Я смотрела за тем, как ребята сменяли друг друга. Те эмоции, с которыми они выходили из кабинетов, трудно поддавались объяснению. Их то ли успели замучить за пять минут, то ли они не поняли, что от них требовали. Нет. Скорее дело было не только в том, что  ребята устали – они все были вымотаны, – но и во времени.

Из четвертого кабинета вышел тот же мужчина, держащий красную папку в руках. С улыбкой на лице он подошёл ко мне.

– Имя, фамилия?

– Эмилия Картер. – ответила я, ощутив, как по затылку пробежались мурашки.

– Проходите в кабинет.

Я готова была к любому парадоксу, ведь пока ждала свою очередь, мысленно ответила на все возможные вопросы. Лямка портфеля то и дело соскальзывала с плеча.

– Здравствуйте, я Эмилия. – медленно разворачиваясь, бубню я. Мои глаза расширяются от удивления.

Он сложил руки на груди, усадив свою задницу на стол. Не сказать, что я рада видеть его здесь, однако, наша встреча обещает быть незабываемой. Чертовски запоминающейся.