Сачок

– Ничего, малыш, ничего…

Когда в дом через полчаса гостем зашёл капитан Мортимер, Дилан демонстративно не вышел его встретить. Но гнетущее любопытство вытащило мальчика из комнаты в тёмный коридор, откуда, не прислушиваясь, можно было различить разговоры на слабо освещённой единственной свечой кухне.

– Выходит, портовая драка?

– Да… Прости, Лили, я бы хотел оказаться рядом и помочь, но…

– Ничего, Мортимер, – слова женщины начали теряться в слезах. – Ты не виноват…

– А малышка… Как ты её назвала? – перевёл тему для отвлечения капитан.

– Розмари. Ей уже полгода… Я так надеялась, что скоро она увидит отца.

– Уверен, это бы его очень обрадовало. Кроме красавицы-жены ещё и красавица-дочь в доме.

– Но он даже не узнал, что мы ждали ещё одного… Ах, какое несчастье.

Но Дилан не чувствовал себя несчастным. Дилан был зол и обижен, что их так несправедливо ни за что наказала судьба.

3. Отрицание

– Эй! Кто-нибудь?!.. – Сачок нервно вздрогнул, услышав близкое эхо своего голоса, будто туман стеной глушил и звук.

Он жалобно сдвинул брови к носу, беспомощно осматриваясь. Толку не было ни от крика, ни от попыток вглядеться в обманчивый блестящий мрак. Последний приказ, который донёсся до ушей пороховой обезьяны, уже был едва различим в заменившей воздух гуще опасной неизвестности, а наступившая после полная тишина заставляла холодеть от ужаса, ведь команда никогда не затихала полностью. Глаза были совершенно бесполезны на расстоянии вытянутой руки.

Резкий выдох. Худые плечи рывком опускаются ниже. Стремительно вырвавшийся из лёгких воздух заставляет мрак колыхнуться, но это лишь на мгновение меняет его положение.

– Соберись, – шепнул себе Сачок, крепко зажмурив глаза и сдавив переносицу большим и указательным пальцами. Не понимая, зачем, он всегда проделывал этот жест, когда нужно было решиться на что-то пугающее.

Первый робкий шаг вперёд. Тьма на миг замирает, будто удивляясь и не зная, как реагировать на дерзость юнца, но сразу продолжает свое бесконечное движение, переливы сирени блестят перед глазами у Сачка, когда дымка сдвигается, заполняя прежнее его место. Ещё шаг. Руки опасливо вытянуты вперёд. Тонкие длинные пальцы сбивчиво кружатся, пытаясь нащупать опору в нагрянувшем мраке.