Сачок

Мальчик недоуменно потер свой крупный нос, наморщившийся при столкновении, и посмотрел на старшего товарища из-под сросшихся чёрных бровей.

– Нам стоять?

– Да, Аша, стоять, – Сачок присел на колено, чтобы лучше видеть спутника с ближнего расстояния. Его слабо загоревшее лицо теперь вовсе побледнело, а непрерывно нахмуренные брови образовали между собой не разглаживающиеся морщинки. – Не знаю, почему, но так мы больше никого не найдем. Чудо ещё, что мне удалось на тебя наткнуться.

– Как знать? – недоверчиво спросил Аша, явно рассчитывавший вскоре пойти дальше и отыскать остальных мужчин на судне.

– Никак, – шёпотом ответил Сачок. Он опустил взгляд, и по дрожи полупрозрачных русых ресниц нетрудно было различить сомнения и сожаления, охватившие его в этот миг. – Я просто так чувствую.

Обречённый вздох колыхнул туман, ладони сомкнулись перед лицом, чтобы скрыть минутную слабость, завладевшую Сачком. Он не плакал, нет, он бы себе не позволил. После всего, что произошло, это было не самое страшное происшествие.

– Мне… Я верю тебе, Дилан, – вспомнив немногие, но весьма продуктивные уроки языка с бывшим корабельным клерком, впоследствии разделившим работу с ним, Аша немного подумал и сказал без единой ошибки простую, но важную фразу. Для усиления эффекта мальчик скромно коснулся плеча старшего товарища двумя пальцами.

Ладони Сачка сомкнулись и медленно опустились от лица, пока он глубоко вдыхал и резко выдыхал, успокаиваясь и набираясь смелости.

– Спасибо, Аша, – молодой человек, слегка растрогавшись, хотел тоже коснуться плеча товарища, чтобы подбодрить его и обнадежить, но оказался прерван новым звуком.

Глухую тишину, созданную плотным туманом, вдруг нарушил женский голос.

***

Все мальчишки в душном маленьком классе безмолвно замерли, когда мистер Ларк поднялся из-за своего маленького стола и зашагал между рядами маленьких парт, высокомерно оглядывая учеников.

– Колтер, что это у тебя? – строго спросил учитель, и от его низкого голоса у Дилана по спине пробежали мурашки.

– Ничего, – промямлил мальчик.

– А ну убери руки, – приказал учитель, повышая тон, и Дилан вынужден был поддаться.