Записка с того света

Он снова заглянул в журнал и, просмотрев собственные записи, убедился, что именно такое развитие болезни он предполагал у пациентки. Доктор снова обратился к мужу умершей:

– Господин Гундер, примите мои соболезнования, но медицина в данном случае бессильна, а я не Бог. Нет необходимости производить еще какие-то анализы или брать какие-то пробы. Пациентка мне известна, течение болезни происходило на моих глазах. – Он оглянулся, отыскивая глазами медсестру: – Урсула, оформите, пожалуйста, документы, а я подпишу.

И распорядитесь, чтобы санитары отнесли гроб в машину.

Он распрощался с мужем умершей, еще раз извинившись за бессилие медицины, и удалился, сославшись на дела.

Дитмар Гундер после оформления необходимых бумаг сел в машину, куда санитары только что поместили гроб, и, радуясь быстрому завершению дела, завел мотор.

6

Курт Хильберт подъехал к офису на Шиллерштрассе ровно без четверти десять. Макс к этому моменту уже был на улице и тщательно вытирал бумажной салфеткой грязь с бронзового обрамления кнопки звонка.

Он как раз отступил чуть назад и любовался свежим блеском бронзы, когда услышал голос клиента:

– Господин Вундерлих, доброе утро!

– Доброе утро, господин Хильберт! Вы пунктуальны.

– Если вы готовы, можем ехать.

Макс выбросил грязную салфетку в ближайший мусорный бачок и быстро занял место рядом с водителем. Цветы, которые лежали на сиденье, он положил себе на колени.

Оффенбах как город – спутник Франкфурта не только непосредственно граничит с последним, но и взял на себя решение некоторых житейских проблем более крупного соседа.

Новое кладбище с крематорием давно уже начало принимать представителей альфа-города[1 - Альфа-город (или глобальный город) – город, считающийся важным элементом мировой экономической системы.], завершивших свой земной путь.

Вскоре они уже шли по аллейке вдоль длинного ряда урновых захоронений, высматривая номер, который им сообщили в маленьком домике кладбищенского начальства. Первым подал голос Курт Хильберт:

– Вот она.

Смотрите, господин Вундерлих.

Макс приблизился. На надгробии он прочел три короткие надписи:

Густав Эрленбах, Пауль Эрленбах, Жаклин Эрленбах. И даты рождения и смерти напротив каждого имени. Он отошел в сторону, уступая место Курту Хильберту, который положил на могилу цветы. Когда Хильберт разогнулся, он долго и недоуменно смотрел на надписи на надгробии. Макс тронул его за рукав. Выйдя из оцепенения, тот вздрогнул и посмотрел на сыщика.