Цветок под куполом. Побег

Мы сами прекращаем мучения несчастных, которые попали под нее. В конце они заходятся в крике от невыносимых болей, – Ян был собран и суров.

– Мне жаль. Я не могу помочь. Вы можете мне не верить, но это не изменит ничего. И Ян, ты не прав. Болезнь святого Эльма лечится практически на любом ее этапе, кроме последнего. Сначала снимается сама болезнь, а потом медленно и планомерно восстанавливаются поврежденные органы.

– И ты знаешь того, кто может это сделать?

– Знаю. Их не очень много, но все высшие жрицы и жрицы могут это сделать.

Ив закрыл глаза и сжал кулаки, а Ян подошел к стене пещеры и стал долбить ее своим кулачищем.

– Сколько у него времени? – процедил Ив сквозь почти стиснутые зубы.

– Дней пять, может семь. Все зависит от магического резерва и общего состояния организма.

– Ты можешь увеличить это время пока мы будем искать высшего жреца?

– Ив? Мы на самом краю Туруанских Красных степей. Какой высший жрец? – прорычал Ян и уставился почему-то на меня.

– Нет, Ив. Я не способна восстанавливать органы. Это жречество среднего порядка. Мне доступна только низшая магия.

Ив снова сжал кулаки и закрыл глаза, а Ян медленно сполз вдоль стены и уселся на пол, опустив голову на руки. Я провела рукой по бледной щеке Марка и встала.

– Ив, мне жаль вашего друга, но мне нужен темный магистр. У вас есть идеи, как нам выбираться отсюда, и в какую сторону идти? – я постаралась спросить как можно мягче, но прозвучала все равно очень цинично и грубо.

– Ив, дай ты ей уже магистра. Хватит. Доигрались уже. Набегались неузнанными по спорным землям, – Не поднимая головы, сказал Ян.

А я непонимающе уставилась на Ива. Он открыл глаза и начал неуловимо меняться. Глаза из ярко сапфировых стали почти черными, черты лица не изменились, он был по прежнему божественно красив, но они стали как-то резче и жестче. И я буквально ощутила кожей мощь, идущую от него.

– Наша сделка завершена. Разреши представиться.

По руке пробежала легкая молния, и руна нашей магической сделки пропала. Значит, все условия выполнены. Передо мной и в самом деле великий магистр, способный или помочь или окончательно погубить мня. Он был моей последней надеждой на спасение.