Уметь любить

– Конечно, идём!

С Таней мы дружили хорошо. Но иногда я немного побаивалась её. Бабушка рассказывала, что Танькина прабабка была не очень хорошим человеком и занималась чёрной магией. Умирала она в муках и очень долго, у неё чуть ли не до пят были длинные тёмные волосы. Последние годы перед смертью она вообще не выходила из дома. А свой негатив она якобы передала внучке, Таниной маме.

– Оль, слушай, у меня мама приехала на выходные. Так она спрашивает, как папа твой? – продолжает Татьяна.

– Папа? Папа мой самый лучший.

– Мама просит принести показать его фотографию. Они ж детство всё-таки вместе проводили.

– Хорошо, принесу.

Перед танцами мы зашли к Тане домой, чтобы показать её маме альбом.

– Какие красивые фотографии! И мама тут, а папа у тебя какой молодец. Просто слов нет, – восхищается Танькина мама.

– Вы ведь сейчас на танцы идёте? Оставь альбом мне, я деду покажу своему. Пусть посмотрит, а завтра утром тебе Танюшка вернёт.

– Ладно, – соглашаюсь нехотя.

Мне это очень не понравилось. Я понимала, что фотографии – это вещь очень личная и хранить у себя их может только близкий человек.

– Оля, иди к тёте Ире и срочно позвони домой в Минск, – просит меня бабушка на следующий день.

– Да, конечно, – отвечаю, уже выбежав за калитку.

– Алло, мам, привет! Что случилось?

– Срочно приезжай в Минск. Тебе надо сдавать дополнительные экзамены в школе.

– Мама, что ты придумываешь? Какие экзамены? Я всё сдала. Середина лета же…

– Я сама не знаю.

Конечно же, я засобиралась домой и скорее побежала к Таньке за альбомом.

– Верните мне мои фотографии, мне в Минск ехать надо. Пожалуйста, – придя в дом к Тане, прошу у её мамы.

– Ах, да, конечно. Дед так любовался, спасибо.

Очень злилась на себя потом ещё долгое время за то, что оставила альбом у Танькиной мамы. «Наивная и глупая девчонка. О чём ты думала? Радуются они. Смешно. Завидуют!» – снова и снова корила себя.

И вот я в городе.

– Мама, я дома. Какие ещё экзамены?

– Папа в госпитале, в реанимации. У него инсульт, – с болью и со слезами на глазах говорит мама. – Мы теперь пока вдвоём, и мне нужна твоя помощь. У Маши ребёнок совсем маленький, да и у неё своя семья.

Дальше только помню океан своих слёз, громкий крик безысходности, вырывающийся прямо из самого сердца так, что мне казалось, меня слышал весь дом. И… фотографии.