Звёздный свет

Ноа сжал пальцы в кулак и щелкнул запястьем в сторону Галины – жест, демонстрирующий непристойность, напоминавший поднятый указательный палец Найи.

Нет.

Никаких мыслей о Найе.

Я съел яичницу, затем нанизал на шпажку несколько блинчиков и полил их кленовым сиропом.

Галина поставила одну согнутую ногу на скамейку, чтобы опереться рукой на колено.

– Ты только что подсластил блины? Мне казалось, ты ненавидишь сладкое.

Так и есть. Я не любил сладкую еду. Сладких людей. Сладкие запахи. Все, что наверняка обожала Найя.

Я сжал виски. Черт побери, ведь надеялся перестать о ней думать, а не наоборот.

Обжигающий укол заставил мои лопатки сжаться.

Галина проследила за падением черного пера.

– Что за гнилое настроение?

– Он весь на взводе из-за Найи, – объяснил Ноа.

Я вытер липкий рот уголком салфетки.

– Нет. – Упало еще одно перо. Зарычав, я встал, схватил свою тарелку и поставил ее в раковину. – Я ухожу на встречу с грешником, но вернусь к ужину. Все еще планируешь столкнуться со старшим следователем, Джи?

Она кивнула.

– Я запомнила его маршрут. – Она постучала себя по виску, вставая и огибая стол. – Давай посмотрим, чем занимался Адам, когда заработал это перо.

У Галины страсть к подбиранию случайных перьев и просмотру воспоминаний, заложенных в стержнях. В детстве она ходила по своей гильдии, подбирая перышки, чтобы собрать сведения о своих товарищах по гильдии. Ее страсть к накоплению информации помогла ей стать отличным профайлером и занозой в моей заднице, потому что она узнала обо мне слишком много с тех пор, как Дов направил ее в Бангкок восемнадцать месяцев назад, дабы присоединиться к моей команде из двух человек.

Хотя я старался не впутывать Ноа, он сам вмешался, потому что… имел проблемы с привязанностью.

В прошлом году к нашей скромной команде присоединились братья из Голландии, истинные неоперенные, Леви и Бун. Сначала Леви, который стал предан мне после того, как мы взялись исправлять двух грешников из одной семьи в Амстердаме, в первый год его путешествий по миру.

Его грешница оказалась не очень покладистой, пока мы с ней не обсудили ее пристрастие к запрещенным веществам и то, как она их финансирует средствами из кошельков родителей. Тогда она стала податливой.

С Буном я познакомился пару недель спустя, когда тот разыскал меня, чтобы выразить благодарность за помощь его младшему брату.

Как получилось, что они стали хранителями? Оказалось, что Леви – тот еще проныра.