Чертова деревня

Завернув за угол, они увидели, как за забором мелькнула Катюшка в своём сарафане, спешно куда-то удаляясь.

– Во, а эта куда?

– Да уж, что-то девчонки от нас сегодня разбегаются в разные стороны.

Парни накинулись на блины так, что с трудом остановились и то потому, что Лиза попросту забрала у них тарелку:

– Девочки ещё не ели. Проглоты, – она унесла блины куда-то в сени и скоро вернулась.

– Когда домой поедем? – строго спросила она.

– А чем тебе тут не нравится? – ответил Венька, большими глотками хлебая остывающий чай.

– Ничем, – резко ответила Лиза.

– Мне, мужики, тоже, – деловито ответил Мишка. – И вообще, я тут чужого ночью за окном видел.

–Чужого, это который инопланетянин? – заржал Женька.

Мишка покраснел и насупился.

– Жень, иди ты. Миш точно видел? Может, спросонья?

– Точно, я потом долго заснуть не мог слышал, как кто-то ходит и бурчит за стеной.

– А чё не разбудил? – удивился Венька.

– Ага, тебя разбудишь! Ты только разговаривал во сне и больше ничего.

– И что я говорил? – напрягся Венька.

– Мокрая, мокрая, живая вода, мёртвая… И так раз сто, – недовольно проворчал Мишка.

– Ой, мальчики, мне страшно, – вдруг тихонько пискнула Лиза.

– Да, есть такое, – Женька покосился на друга. – Ты там воду болотную не пил часом?

Венька психанул, нервно встал из-за стола и стал ходить по комнате.

– Я ничего не помню, честно, – он развёл руками. – Где дед этот? Я хотел его поснимать и куда девчонки убежали? Я их тоже хотел тут в антураже деревенском снять.

Он размахивал руками и ходил туда-сюда по комнате, громко топая. Мишка и Лиза испуганно сидели на лавке у печи.

Женька просто пил чай и молча наблюдал этот цирк:

– Понимаешь? Я работать хочу! – потряс он руками перед Женькиным лицом.

– Что же тут непонятного, – сказал Женька.

– Этим в реке, которые в венках и она…

– Ааа, – протянул Женька, – ну теперь-то всё понятно. А я думал и правда, работать.

– А как же Катюша? – дрогнувшим голосом просила Лиза.

– Да ну вас всех, – отмахнулся Венька и выбежал из дома.

Лиза заплакала. Мишка минуту помедлил, потом тихонько стал гладить её по руке и приговаривать:

– Не плачь, Лизочка, слышишь, не плачь.