Миражи

 – А прощения просить не за что. Тут немногие бы рискнули ехать с этими. Ты герой. Мы тут за тебя молиться будем.

– Ага, Бахусу и Дионису… – грустно заметила Виола.

– Молиться этим древним богам будет Тимур в Греции, а я буду работать. У меня никаких сверхспособностей, как у них, нет, поэтому придётся свой хлеб с сахаром отрабатывать честно в условиях близких к экстремальным, – сказала Наташка и запихнула в рот целый эклер.

– Хороший аппетит к работе, – пошутила Виола.

Девчонки прыснули. Наташка укоризненно, но с улыбкой посмотрела на них.

Типа: давайте-давайте, глумитесь над начальницей, вот сейчас дожую…

7.

После работы Наташка задержалась в магазинах, докупая перед поездкой всякие мелочи.

Дома её ждал неожиданный сюрприз. Звонил на домашний Петька, просил перезвонить. Вот уж сюрприз, так сюрприз. В кои-то веки сам позвонил и не застал. Стало обидно и тревожно. А вдруг не поверит, что дома не была? Петька тот ещё кадр. Самый лучший и самый близкий друг. Он же большая и безнадёжная любовь.

Боль и радость в одном большом и весьма симпатичном флаконе. Наташка много лет назад, ещё в универе согласилась на дружбу, даже не успев никоим образом обозначить свои приоритеты, так и жили теперь. Львиную долю свободного времени проводили вместе. «А спали врозь», – неизменно добавляла Ленка, которая была абсолютно уверена во взаимности его чувств, но так же как и Наташка, который год подряд билась над разгадкой его неприступности.

– Ходил бы он лучше в очках, в чёрных, – сказала как-то Ленка, в очередной раз не придумав никакой убедительной причины, почему, в 1001 раз проводив Наташку вечером после совместной прогулки из кино до дома, он снова стремительно ретировался ещё до того, как она успела достать ключи из кармана.

– Зачем? Он итак слишком хорош. А в чёрных очках будет прямо спецагент. Бонд, Джеймс Бонд. Тогда я вообще к нему подойти не смогу на пушечный выстрел. Всё будет завалено трупами поклонниц.

– С чего ты взяла?

– А с того, что без очков он одними глазами сможет выразить своё нежелание знакомиться или откровенную неприязнь.

А за очками каждая будет думать, что он ей подмигивает.

– Господи, ну и фантазия у тебя! Но истина в твоих словах есть.

Наташка наспех сделала кофе с бутерами, захватила тяжеленный старинный аппарат домашнего телефона и отправилась секретничать к себе в комнату.

– Привет, барсук!

– Привет, суслик!

– Как твоё ничего? Что звонил?

– Хотел тебя в гости завтра позвать.