Убить археолога

Так чего мне бояться, – я что, убил кого? Не-е-е… тут моя совесть чиста!

– Нельзя вещи колдуна продавать, – бабулька всё не теряла надежды вразумить неразумного, – а уж его прах и вовсе тревожить нельзя! А Вы что с ним сделали?

– Да ничего там такого ужасного не случилось, Анастасия Петровна!

Вот ведь неугомонная старушка! Испытывая лёгкое раздражение от её упёртости, Семендяй уже в тысячный раз искренне пытался втолковать непонятливой бабульке простые истины:

– Гроб уже давно сгнил, один только просмолённый ящик уцелел! А в нём – пара книг да нож! Вот и всё богатство! Ну не я, так кто-то другой это всё нашёл бы! Так что – ничего страшного я не сотворил! А книжки я полистал, но там без специалиста ничего не поймёшь!

– А Алмазов Ваш – специалист?

– Думаю, что – да! Хотя… шут его знает, – чуть помедлив, ответил Семендяй, – он мне не докладывал.

– Не ходите, Семендяй Симеонович, – со всей возможной настойчивостью и твёрдостью произнесла бабулька, – домой не вернётесь!

– Это почему же? – удивился Лопоухов и даже жевать перестал.

– А потому, что много тут таких было, кто могилу колдуна искал! Ходит человек, ходит, ищет да ищет, а потом сходит на реку – и всё, нет его! Не вернулся! Ясное дело, нечистый на дно утянул! Послушайся меня, сынок, не ходи! Беду на себя накличешь! – чуть ли не умоляла Семендяя расстроенная старушка.

– Анастасия Петровна! Всякому делу есть своё объяснение. И раньше люди тонули, и сейчас тонут – так это оттого, что либо ногу в воде судорогой свело, либо воронка где-то есть, и человека под воду затягивает. Да не переживайте Вы так, я ненадолго схожу и буду осторожен. Обещаю Вам, что я вернусь! – сердечно заверил Анастасию Петровну Семендяй, тронутый её заботой.

– Ну как знаете… как знаете, Семендяй Симеонович, – обречённо смирилась старушка, – тогда хоть крест православный наденьте, что ли…

И пошарив немного за божницей, она вытащила оттуда и подала Семендяю большой нательный крест на простом шнурочке.

– Одевайте прямо сейчас, а то ещё позабудете, не ровен час…

Семендяй решил больше не перечить, чтобы не расстраивать заботливую бабульку, и молча надел предложенный крест.