Рыжие бывшими не бывают

– Кариночка, зайди-ка, – я распахнул перед дней дверь и улыбнулся так, что зубы свело.

– Ой, Константин Юрьевич, я уходить собиралась…

– Ко мне, быстро.

Все, мое терпение заканчивалось. Карина вмиг считала, что запахло жареным и приняла вид послушной и кроткой сотрудницы.

– Быстро рассказывай, что происходит.

– Не понимаю, о ч…

– Быстро!

– Константин Юрьевич, это не я, честно! Кто-то распускает о вас такие гадости!

– Какие? – убийственно спокойно поинтересовался. Из Карины полилось, как из чаши изобилия, а у меня уши в трубочку свернулись.

И не развернулись обратно… – Кто?

Она мялась не больше пары секунд.

– Дашкова.

Я громко рассмеялся. Стоило бы догадаться! Такую дичь только она могла придумать! Коза!

Я вылетел из кабинета. Если ушла ведьма рыжая к ней поеду. И не слезу, пока не накажу по всей строгости да по мягким местам.

– Ты совсем охренела, коза рыжая? – я не настолько злился, но изумленное, немного испуганное личико душу грело. Попалась, Русалочка.

– Это ж сколько вы выпили? – невинно глазами хлопнула и кожаную коробочку на стол поставила. Мой подарок, кстати.

– Достаточно немного, – осадил я. – Чтобы доказать тебе свою мужскую состоятельность, – и лениво на нее пошел.

– Что?! – Ксюша храбрилась, но отступала. – Константин Юрьевич, покиньте мой кабинет. Немедленно.

– А давай я лучше ноги тебе оближу.

У нее губы дрогнули в улыбке, прежде чем снова возмущенно округлиться.

– Значит, я куколд с маленьким членом, любитель групповух, у которого еще и изо рта воняет? – мы медленно кружили вокруг стола: я атаковал; она отступала.

– Я этого не говорила! – натурально возмутилась Ксюша, замешкавшись на секунду. Я бросился вперед и схватил за пояс узкой юбки. На себя резко потянул. Треск лопнувшей ткани разрезал воздух. Дашкова ошарашенно зашипела, толкнув меня в грудь:

– Охренел вообще?!

О да! Я смахнул с ее стола какие-то папки и канцелярию, посадил Ксению Анатольевну на стеклянную крышку.

Вот и чулки. Юбка задралась практически до талии. Будем считать это приглашением: я устроился у нее между ног, но руки положил на стол, по обе стороны от бедер. Лицо у Русалки такое, что одно прикосновение, и она либо подарит мне самый яркий секс, либо откусит все, что по ее мнению лишнее.

– Рассказывай, – велел, напирая габаритами.

– Личное пространство, нет, не слышал?

– А что такое? – я говорил практически ей в губы.